Грейс Келли. Жизнь, рассказанная ею самой

Быть разной, каждый день иной в зависимости от настроения, от ситуации, то королевой, то простой сельской девчонкой, то скромной, то взбалмошной, то строгой, то игривой, одеваться и выглядеть соответственно настроению… это ли не счастье?

Сейчас думать так смешно, потому что прошли годы, и я выбрала для себя стиль раз и навсегда, следую этому стилю уже больше четверти века и менять не собираюсь. Это стиль Грейс Келли, принцессы Монако. Им восхищаются, ему подражают, и сменить его нельзя. НЕЛЬЗЯ. Принцесса должна быть памятником самой себе двадцатипятилетней давности без права перемен.

Вообще, иконы стиля, в которые я угодила, должны держать этот избранный стиль до конца своей жизни. Всегда, в любых условиях, при любых ситуациях. Стиль только тогда стиль, когда он с тобой все двадцать четыре часа, стоит только на час перестать следить за собой – обязательно попадешь в неприятную ситуацию, именно в этот час рядом окажется назойливый репортер, подловят фотографы или произойдет еще что-нибудь.

Кроме того, держать форму только ради тех же репортеров бесполезно и очень тяжело. Это как со спортивными занятиями – стоит дать слабину, тут же теряешь форму.

Но о прессе и форме стоит писать отдельно. Обязательно нужно рассказать Стефании о том, как общаться с журналистами, они вовсе не все назойливы и бессовестны, у меня бывали случаи, когда журналисты просто выручали и, если с ними поговорить откровенно, даже помогали. Увы, обычно это не так. Подловить, застигнуть врасплох, сделать снимок из-за кустов или обманом проникнув в дом…

Хорошо, сейчас не о них.

Во времена «Барбизонки» я журналистов не интересовала. Зато заинтересовала фотографа. Мой приятель Херби Миллер подрабатывал манекенщиком у фотографов. Один из них пригласил и меня сняться для обложки «Редбука».

После этого мое лицо появилось на обложках «Космополитена» и «Правдивой истории». И последовали рекламные снимки всякой всячины – сигарет, средства от насекомых, мыла, пива, пылесосов… Всего лишь раз снялась в рекламе нижнего белья и серьезно задумалась: стоит ли это делать. Посоветовалась с сестрами из Рейвенхилла. Сестра Франсис Жозеф просто спросила меня, кто я такая. Действительно, кто я? Сняться полуголой, чтобы тебя узнавали мужчины на улицах и тыкали пальцем: «Вон идет та, что хорошо выглядит в трусиках от…»? Нижнее белье я больше не рекламировала.

Съемки в рекламе приносили неплохой доход – две тысячи долларов за сеанс. (Боже, как изменился денежный курс, это больше пятнадцати тысяч на сегодня!) Теперь я вполне могла содержать себя сама – платить за «Барбизонку», за обучение в Академии и покупать все необходимое.

Мама приучила нас всех к экономии, но не глупой, когда человек отказывает себе в самом необходимом, а разумной, когда не стоит покупать то, без чего вполне можно обойтись. Например, туфли последней коллекции, которая мало чем отличается от предыдущей. Я не супермодница и легко обходилась теми, что дешевле просто из-за смены коллекции, главное, чтобы были красивые и качественные.