Французский абсолютизм в первой трети XVII века

Каковы же доказательства Хобсбома относительно кризиса сбыта в XVII в. на американских и азиатских рынках? Он исходит из того, что до промышленного переворота экспорт в Азию вообще был незначителен и что даже экспорт в Америку был меньше импорта. Африка же вплоть до конца XVII в. ценилась европейцами главным образом как источник золота.

Установление морских путей в Азию и грабеж захваченных земель сильно удешевили для европейцев азиатские товары, а импорт золота и серебра из Америки и Африки дал им в руки значительные запасы денег. В этой обстановке Европа смогла извлекать из грабежа колоний и азиатской торговли огромные барыши, но они достигались главным образом не путем вывоза промышленных изделий, который возрастал мало. Когда же этот источник доходов был исчерпан, наступил кризис; издержки и накладные расходы колониальных держав оказались выше прибылей.

Хобсбом различает три стадии использования европейцами американских и азиатских колоний: 1) стадию высоких прибылей (до начала XVII в.), 2) стадию кризиса (очевидно, до 1680-х годов) и 3) завершающую стадию более умеренных, но зато устойчивых доходов. На азиатском рынке, где высокие прибыли обуславливались монополией на торговлю пряностями и аналогичными товарами, кризис был вызван, вероятно, повышением пошлин с целью устранить конкуренцию, в силу чего, например, португальская торговля пряностями едва окупала транспортные расходы. В импорте драгоценных металлов и сырья из Америки покровительственные пошлины играли меньшую роль, но зато около 1610 г. начали иссякать сами источники серебра и золота и стал уменьшаться их экспорт в Европу. Выходом из кризиса было создание в Америке квазифеодальных крупных поместий, а в Азии — приспособление к новому уровню накладных расходов. Поскольку экономический базис испанской колониальной системы был шире, чем у португальской, последствия кризиса были для Испании значительнее. Первоначально эмиграция в Америку стимулировала вывоз туда из метрополии промышленных изделий, но по мере того как их производство начинало осуществляться в самих колониях, испанские мануфактуры свертывались. Хорошо известны также и последствия для Испании прилива в нее американских драгоценных металлов.

Из этих данных Хобсбом делает вывод о крушении в результате кризиса «старой колониальной системы». Это имело для Европы важный результат — новую систему колониальной эксплуатации, основанную на возрастающем экспорте в колонии промышленных изделий. Однако соблазн старых монопольных прибылей был еще так велик, что даже голландский колониализм оставался им верен вплоть до XVIII в.

В том, что касается американских рынков и Испании, нетрудно заметить, что отмечаемые Хобсбомом явления значительно опережают эпоху кризиса. Разрушительное воздействие «революции цен» на только что зародившуюся испанскую мануфактуру сказалось, как известно, в полной мере уже в первой половине XVI в. Это вызвало как наводнение страны дешевыми заграничными товарами, вывозившимися через Испанию в американские колонии, так и усиление экспорта из Испании сырья, главным образом шерсти для французских и нидерландских мануфактур. Кроме того, для развития французских, нидерландских, немецких и даже итальянских мануфактур американский рынок играл огромную роль не только в первой половине XVI в., но и в последующее время, в том числе в XVII в. Можно даже сказать, что эта роль была решающей, ибо мануфактура на ранней стадии своего развития, пока она еще не создала сама себе емкого внутреннего рынка, больше всего зависит от внешнего рынка и, работает главным образом на экспорт, что неоднократно подчеркивал Маркс.