Царь горы [СЛЭШ 18+!]

В этот день всё пошло не так. Движимый восхищением к той, первой арии, которую он услышал, Гарри отправился слушать «Тоску» целиком. Но сюжет оперы поразил его: когда главная героиня, пытаясь препятствовать похотливым притязаниям шефа полиции и спасти возлюбленного, схватила столовый нож и зарезала им своего мучителя, Гарри едва усидел на месте, не веря своим глазам. Было почти страшно увидеть на сцене историю о самом себе. Горящие чёрные глаза шефа римской полиции снова напомнили Гарри глаза Северуса, хотя это он, сам Гарри, оказался бароном Скарпиа, одержимым страстью. Он не выдержал и отвернулся, на мгновение пожалев, что в тот вечер Северус не довёл дело до конца, как это сделала Тоска, и это не он, Гарри, заколотый, лежит там, на сцене.

Он вышел из своей ложи с тяжёлым сердцем. Поток людей подхватил его и понёс к выходу. У гардероба была такая толпа, что ждать своё пальто пришлось целых полчаса. Вместо того чтобы всех растолкать, Гарри апатично стоял в очереди. Спектакль утомил его, и ему некуда было спешить. Сириус уехал, а Гарри не испытывал желания возвращаться в его особняк. Вечера были мучительными, и Гарри уже подумывал отправиться в какой-нибудь бар, как вдруг ощутил на себе чей-то пристальный взгляд.

Обернувшись, Гарри изо всех сил сжал в руках своё пальто. Поодаль, не замечая снующих вокруг людей, в толпе стоял Северус и смотрел прямо на него. Гарри замер, широко раскрыв глаза. Кто-то случайно толкнул его, извинился, но Гарри ничего не услышал. Удивительно, что Северус пришёл сюда именно сегодня, именно на эту оперу. Хотя, что странного? Музыка была его жизнью, наверняка он часто ходил в Ковент-Гарден и как обычный слушатель. Он-то уж точно знал сюжет этой оперы. Он, наверное, должен удивиться, увидев Гарри здесь и сейчас? Гарри не отрывал взгляда, но Северус смотрел без единой эмоции, даже без удивления, не моргая и не двигаясь, опустив руки. Встреча была слишком неожиданной и болезненной для Гарри, и он думал, что уж в его-то лице можно прочесть всё, что он пережил за последние месяцы. Это осознание обрушилось на него: чего он ждёт? Разговора, любви, надежды? После их расставания, после Драко, после Линдсена Гарри чувствовал себя грязным, но хуже всего — грязным по собственной вине. Расстояние, что разделяло его и Северуса, напоминало Гарри об этом. Он не мог сделать ни шагу. Он снова всё испортит. Гарри с трепетом смотрел в чёрные глаза — ему казалось, что он сейчас всё испачкает одним своим взглядом. В то же время он так хотел видеть Северуса, что пытался запечатлеть его в своей памяти, и поэтому в его собственных глазах что-то изменилось. Уголки глаз чуть опустились, в них появилась растерянность и нежность, и радость, и тоска — осколки всех этих чувств внезапно оказались у Гарри в глазах, и он с испугом понял, что его сейчас можно прочесть как раскрытую книгу.