Белый морок. Голубой берег

VII

— Пришли… — Митько вздыхает с таким облегчением, будто сбросил с себя непосильную ношу.

Пришли… Нет, ни один из спутников Митька не решается поверить услышанному. Слишком долго ждали они этой вести, чтобы так сразу поверить.

— Впереди Миколаевщина! — торжественно объявляет Митько и останавливает своего гнедого.

Восемнадцать вооруженных всадников окружают своего проводника тесным кольцом и наперебой забрасывают вопросами:

— А тебе, случаем, не приснилось?

— Где же она, твоя Миколаевщина?

Но обычно застенчивого Митька сейчас не сбить с панталыку. Гордый тем, что сумел по бездорожью, темной ночью вывести отряд на эту опушку, он только довольно улыбается:

— Миколаевщина за оврагом. До крайних хат уже рукой подать.

Партизаны умолкают. Пока добирались сюда по лесной глуши, о предстоящем бое словно и не думалось, а вот остановились… Что-то ждет их в Миколаевщине?

— Который час? — неожиданно спрашивает Артем.

— Да уже третий.

— Привал! Всем отдыхать, но отсюда — ни шагу!

По двое, по трое партизаны молча ложатся под соснами на прохладную, увлажненную росой траву, упираются ногами в шершавые стволы: после двухнедельных маршей у всех первая забота — ноги. Только командирам не до отдыха. В сопровождении Митька они проваливаются в темноту. Минуют вытоптанный коровами выгон, узенькой неровной полоской облегающий опушку, выходят на косогор.

— Овраг, — шепчет Митько и останавливается. — На той стороне уже левады. А дальше — сады. Присядьте, может, увидите.

Приседают. И действительно видят темные купы деревьев, вырисовывающиеся на фоне звездного неба. Митько шепотом рассказывает, как лучше добраться до сельского майдана, где разместились в здании школы полицаи.

— Майдан слева от нас. Если идти напрямик, огородами, то и километра не будет.

— А куда ведут дороги из Миколаевщины? — интересуется Ляшенко.

— Та, что влево, к Житомирскому шоссе, а другая, кажется, к райцентру.

— До шоссе отсюда далеко?

— Да километров шесть, а может, и меньше.

— А до райцентра?

— О, туда далеко. Но сколько точно — не знаю.

— А телефон к школе проведен? — спрашивает Артем.

— Должен быть…

— Довольно вам! — поднимается на ноги Одарчук. — И так все ясно. Пора начинать музыку!

— Начнем, — успокаивает Ефрема комиссар. И спрашивает: — Как вы смотрите на то, чтобы выслать разведку?

— На какого лешего! Только время потеряем, кат бы его взял.

— А если там что-то изменилось? К примеру, полицаи опять в Миколаевщину вернулись?

— Вот передушим гадючье отродье, тогда и увидим, изменилось что или нет. Хватит разглагольствовать, айда быстрей к школе!