Мировая революция. Воспоминания
- Автор: Масарик Томаш Гарриг
- Год: 2019
- Язык: русский
- Год: Вече
- ISBN: 978-5-4484-8075-1
- Переводчик: Надежда Филаретовна Мельникова
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Мировая революция. Воспоминания». Краткое содержание книги:
К путешествию в Россию меня также толкало образовавшееся за 1917 г. на главном фронте (западном) серьезное положение. Я полагал, что пробуду в России несколько недель. Я устроил все необходимое в Лондоне и, между прочим, переговорил еще о положении в России с лордом Мильнером, который как раз вернулся из своей официальной миссии в России; после этого я 16 апреля 1917 г. отправился с английским паспортом в путешествие. Немецкие подводные лодки начали страшную борьбу также против пароходного сообщения между Англией и Россией; я должен был отплыть 17 апреля из маленького порта Эймбл, а пароход все не приходил и не приходил, так как в действительности он был потоплен. Я ждал день, два и вдруг неожиданно получил телеграмму из Лондона, что из России возвратился Штефаник; одновременно приехал его гонец с просьбой, чтобы я вернулся в Лондон. Так у неприятного приключения с пароходом оказалась та хорошая сторона, что Штефаник мог мне подробно сообщить о положении вещей в России. Он мне объяснил, как до сих пор там развивались легионы; о русской революции сообщил мне мнения выдающихся русских военных, а именно, что теперь наступление русской армии против немцев будет более живым и действенным, так как в армии прекратится влияние германофильских элементов. Многие руководящие личности в армии желали переворота и надеялись, что благодаря победе его достижения будут закреплены.
Из Парижа также приехал Бенеш, и мы могли, сообразно с сообщениями Штефаника, еще раз подробно сговориться о деятельности в России и о дальнейшей работе в Европе.
Я нашел другой пароход и выехал 5 мая в Абердин; на этот раз пароход доплыл в сопровождении двух минных истребителей. Я благополучно добрался до Бергена; ночью мы чуть не наскочили на неприятельскую мину, но капитан уже в последнюю минуту решительным поворотом предотвратил несчастье. Об этом я узнал лишь рано утром.
В Бергене я задержался лишь недолго. Всюду в городе легко было заметить и услышать, что Норвегия симпатизирует союзникам. Из Бергена я поехал через Христианию в Стокгольм, где задержался на день. Я не хотел ночевать, чтобы не привлекать к себе внимания различными формальностями с паспортом (несмотря на то что у меня был паспорт на чужое имя); мне между прочим сказали в Лондоне, что шведские чиновники, под давлением Австрии могли бы понять свой нейтралитет в том смысле, что я как известный противник Австрии, должен быть интернирован. Швейцарский прецедент принуждал к осторожности.
В Стокгольме меня ожидал редактор Павлу; здесь подготовлялся съезд Интернационала, особенно социалистов скандинавских и голландских. В Интернационале все кипело; в апреле в Готе немецкая социал-демократическая партия раскололась на два лагеря, и образовалась партия независимых. Влияние русских ленинистов начало всюду ощущаться (Ленин приехал в Россию 4 апреля), развивался пацифизм, а вместе о ним и некоторое германофильство.
Через Гапаранду я добрался 16 мая до Петрограда; при отъезде с вокзала я обратил внимание на целые тучи ворон, в прежние годы это мне, очевидно, так не бросалось в глаза…
Сейчас же по своем приезде я нашел Милюкова. Он как раз уходил из правительства – неприятный сюрприз; но понемногу я завязал связи с остальными членами Временного правительства, с председателем Совета министров, князем Львовым, с новым министром иностранных дел Терещенко и другими. Естественно, что меня больше всего интересовали иностранное и военное министерства. Я нашел и там и здесь, как и ожидал, несколько разумных людей, доступных доводам и сохранивших симпатии к союзникам.
Тогда в Петрограде, при очевидной слабости и неподготовленности правительства, были полезны сношения с союзническими представителями. Прежде всего это была военная французская миссия в Петрограде, главным образом генерал Ниссель и полковник Лавернь; в Ставке был майор Буксеншуц и генерал Жанэн, позднее наш генералиссимус (он был в России с апреля 1916 г.), в Киеве – генерал Табуи, в Яссах генерал Вертело – все они были искренними друзьями и охотно помогали. Французский посол Палеолог как раз покинул Петроград (по всей вероятности, наши поезда встретились); зато в Петрограде был Альберт Тома, дружественно настроенный по отношению к нам, в то время как Палеолог был австрофил. У Тома был секретарем редактор М.П. Комер, которого я хорошо знал благодаря Стиду.