Герои битвы за Крым
- Автор: Рубцов Юрий Викторович, Филипповых Дмитрий Николаевич
- Год: 2019
- Язык: русский
- ISBN: 978-5-235-04308-4
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Герои битвы за Крым». Краткое содержание книги:
Благословенная крымская земля от века привлекала жадные взоры завоевателей. Полуостров, в первую очередь колыбель Черноморского флота Севастополь пережили две тяжелейшие войны в борьбе с иноземцами — Крымскую 1853–1856 годов и Великую Отечественную.
Без преувеличения обильной русской кровью писалась эпопея Тавриды/Крыма в 1941–1944 годах, когда на территории полуострова и в акватории Черного и Азовского морей развернулись ожесточенные сражения и бои с немецкими и румынскими захватчиками. Навсегда останутся в истории боевые дела защитников Крыма. Их — сотни тысяч, и за рассказом о героях этой книги — адмирале Ф. С. Октябрьском, генералах И. Е. Петрове, Д. Т. Козлове, Я. Г. Крейзере, П. К. Кошевом, офицерах Л. М. Павличенко, А. Я. Лещенко, А. К. Абдрахманове — встает коллективный и бессмертный подвиг народа.
[Адаптировано для AlReader]
Собственно, оборона уже началась. Самыми первыми на защиту родного города выступили немногочисленные силы гарнизона, состоявшего из частей морской пехоты и нескольких военно-морских учебных заведений. Их поддерживали огнем батареи береговой артиллерии, расположенные на побережье от Качи до Балаклавы, но накрывали они сравнительно небольшую территорию. Так как с суши город не был заранее укреплен, «удержать длительное время обширный район Севастополя с таким составом гарнизона было, конечно, невозможно», — резюмировал Петров. Требовалось быстро нарастить силы и создать необходимую систему укреплений.
Пока Приморская армия находилась в движении, по немецким позициям нанесли удар моряки-артиллеристы. Иван Ефимович Петров в своих воспоминаниях решающую роль в отражении первого вражеского удара по Севастополю отдавал береговым батареям ВМФ. Самой первой вражескую атаку приняла на себя береговая батарея № 54 1-го отдельного артиллерийского дивизиона береговой обороны главной базы под командованием старшего лейтенанта И. И. Заики, расположенная на полпути между Евпаторией и Севастополем у приморского села Николаевка. На протяжении двух дней начиная с 16.35 30 октября, когда батарея, на вооружении которой было всего четыре 102-мм орудия, открыла огонь по авангарду войск Э. фон Манштейна, вела она неравный бой. Личный состав героически сражался до выхода из строя последнего орудия, после чего часть людей удалось морем вывезти в Севастополь, а сам Иван Заика с группой, прикрывавшей отход батарейцев, ушел в партизаны. Герою довелось дожить до признания его в мае 2004 г. почетным гражданином города Севастополя (он умер в январе 2009 г.).
Первого ноября сокрушительный удар по врагу нанесла башенная 305-мм батарея № 30 майора Г. А. Александера, дислоцированная в устье реки Бельбек. В районе Качи колонна танков и бронемашин противника была частично уничтожена, частично рассеяна 10-й батареей капитана М. В. Матюшенко, имевшей четыре 203-мм орудия. Наступление немецких войск захлебнулось. Успешные действия береговой артиллерии, а также спешно сформированных из моряков стрелковых частей численностью примерно четыре тысячи человек позволили выиграть время, крайне необходимое для первоначальной организации обороны в то время, как прибывавшие части и соединения Приморской армии с ходу занимали оборонительные рубежи.
Приказом вице-адмирала Г. И. Левченко от 4 ноября 1941 г. были созданы два оборонительных района — Севастопольский и Керченский. В состав войск СОР включались все части и подразделения Приморской армии, части береговой обороны, все морские сухопутные части и части ВВС ЧФ. На генерал-майора Петрова с непосредственным подчинением его командующему войсками Крыма было возложено командование всеми действиями сухопутных войск{127}. 4 и 5 ноября Петров совместно с комендантом береговой обороны генерал-майором П. А. Моргуновым (через несколько дней назначенным заместителем командующего Приморской армией) основательно ознакомился с организацией сухопутной обороны: тщательно изучил местность, объехал позиции, отдал указания о необходимых, с его точки зрения, мерах усиления. Откровенно говоря, он не ожидал увидеть столь организованной обороны и пришел к выводу, что с прибытием всех частей Приморской армии ее можно сделать непреодолимой для врага, о чем с удовлетворением доложил адмиралу Октябрьскому и члену Военного совета флота Кулакову.
На рассвете 6 ноября Петров отдал боевой приказ штаба СОР № 001, в соответствии с которым по опыту обороны Одессы для объединения действий всех частей и отрядов, оборонявших подступы к Севастополю, и организации надлежащего управления ими создавались сначала три, а затем четыре сектора обороны.
Первый — с задачей оборонять побережье на участке Севастополь — мыс Херсонесский — Балаклава, не допустить высадки противником морских десантов и выхода частей противника с Балаклавского направления. Его возглавил командир 109-й дивизии полковник П. Г. Новиков.
Второй — с задачей оборонять рубеж вдоль Ялтинского шоссе и по долинам Кара-Кобя и реки Черная, не допуская продвижения противника на Севастополь с Байдарского направления. Его подчинили командиру 172-й стрелковой дивизии полковнику И. А. Ласкину.
Третий — с задачей оборонять рубеж ряда высот на Мекензийском направлении — подчинялся командиру 25-й Чапаевской дивизии генералу Т. К. Коломийцу{128}.
Четвертый сектор — от Дуванкоя и далее на запад до берега моря — был создан 9 ноября, чтобы не допустить продвижения противника с Бахчисарайского направления, особенно по долинам рек Бельбек и Кача. Его возглавил командир 95-й стрелковой дивизии генерал-майор В. Ф. Воробьев.
С какими трудностями столкнулись Петров и штаб, обеспечивая секторы обороны личным составом, можно судить хотя бы по такому факту: за счет 172-й стрелковой дивизии, точнее — того, что от нее осталось после кровопролитных боев, удалось укомплектовать всего один стрелковый батальон!
Опираясь на блестящего специалиста своего дела, начальника артиллерии армии полковника Н. К. Рыжи (впоследствии генерал-полковника артиллерии), Петров организовал дело так, что каждый сектор получил артиллерию поддержки. Управление ею внутри секторов и в масштабе всего оборонительного района было централизовано. При необходимости у командования была возможность маневра огнем, его массирования путем сосредоточения на любом участке фронта не менее половины всего состава артиллерии оборонительного района.
Оценивая потенциал обороны, генерал Петров пришел к выводу, что без участия флота — как кораблей, так и личного состава — отстоять главную базу будет невозможно. Но, как ни странно, иного взгляда придерживался в тот момент вице-адмирал Октябрьский. Ранее акцентировать на этом внимание в литературе не было принято, но свидетельства непосредственных участников тех событий не позволяют делать вид, что среди высших руководителей севастопольской обороны существовало полное единодушие. 6 ноября на совещании под председательством Октябрьского Петров объективно оценил обстановку на сухопутном фронте, отметил, что по мере прибытия частей Приморской армии прочность обороны будет наращиваться. В его докладе не было и тени сомнения в возможности город удержать. Однако телеграмма, направленная командующим ЧФ на имя И. В. Сталина и Н. Г. Кузнецова, содержала не только совершенно иную информацию, но и нотки безнадежности.
«Положение Севастополя, — сообщал Октябрьский в Ставку, — под угрозой захвата противником… Севастополь пока обороняется стойко частями флота, гарнизона моряков. Прорвав фронт в районе Ишуня, противник рассеял крымские армии, остатки которых до сих пор бродят по горам Ай-Петри. Противник занял Евпаторию, Феодосию, Алушту и др. пункты. Севастополь до сих пор не получил никакой помощи армии. Мной брошено все, что было, на оборону базы… Резервов больше нет. Одна надежда, что через день-два подойдут армейские части: если этого не будет — противник ворвется в город…»{129}
Исходя из такой оценки событий, Октябрьский обосновывал необходимость перемещения командующего, Военного совета и штаба флота в Туапсе, откуда и предполагалось управлять обороной главной базы. Командующий ЧФ — надо прямо признать — в наибольшей степени заботился о том, чтобы сохранить боевые и вспомогательные корабли, поэтому настаивал на необходимости их перевода на Кавказ, а вместе с ними — авиации и зенитной артиллерии, чтобы сохранить их от уничтожения противником. Запрашивая разрешение на эти меры, Октябрьский сослался на их одобрение Военным советом войск Крыма и лично вице-адмирала Левченко. Со стороны Н. Г. Кузнецова на имя не только Октябрьского, но и Левченко последовал категорический ответ: «…Мне кажется, достаточно ясно, что вашей главной задачей является удерживать Севастополь до крайней возможности. Так дрался под огнем артиллерии и авиации Таллин, так держался Ханко, так вы, черноморцы, держали Одессу, и мне непонятна нотка безнадежности в отношении Севастополя.
К борьбе за Севастополь надо привлечь корабли, хотя условия для их базирования там будут трудными… Севастополь можно и нужно защищать, и, пока оборона его не будет устойчивой, Военный совет должен быть там»{130}.