Фаворские. Жизнь семьи университетского профессора. 1890-1953. Воспоминания

Рассказанные мною случаи относятся не все к 1937 году, мрачное время культа личности длилось долго. И сколько за это время погибло людей! Не знаю, как это объяснить, но почему-то этот террор, эта неслыханная жестокость не ассоциировалась в умах людей лично со Сталиным. Представлялось, что это какая-то безликая сила творит все это зло, через выдвигаемых лиц вроде Ежова, Ягоды и других. Конечно, многое тогда скрывалось, никаких подробностей не доходило до широкой публики, только слухи, намеки, тревожные рассказы об арестах, о том, что творится в Большом доме на Литейном. Слишком много писали тогда о Сталине в газетах, журналах, изображали в театрах и кино всенародную любовь и преклонение перед гениальным вождем народа, чтобы люди могли здраво ассоциировать творившееся жуткое беззаконие с личностью человека, окруженного таким ореолом славы и любви. С другой стороны, столько ударов судьбы обрушилось на мирных граждан за такой сравнительно короткий срок, что они воспринимали это как очередное несчастье.

К этому же времени относится введение в жизнь нового постановления о восьмичасовом рабочем дне для всех рабочих, служащих и сотрудников научных институтов, о мерах взыскания за опоздания и прогулы. Быть может, было необходимо подтянуть дисциплину, но в такой форме, как было проведено в жизнь это постановление, был явный перегиб. За опоздание на десять минут объявлялся выговор в приказе, опоздание свыше десяти минут считалось прогулом, и виновного отдавали под суд. Никакие домашние обстоятельства не принимались во внимание. Рассказывали, например, такой случай: женщина уходила последняя из квартиры. Когда она открыла дверь, в дверях с потолка обвалилась штукатурка. Пока она убирала обвалившиеся глыбы, чтобы можно было закрыть квартиру, время ушло — она опоздала и была отдана под суд.