Час ведьмы [Hour of the Witch]

Отец посмотрел на нее, переводя взгляд с ее лица на раненую руку и обратно. Вплоть до этой встречи с магистратом Мэри не говорила ему, откуда взялся синяк, который она так долго скрывала под чепцом. Только сегодня утром она открылась матери. Но что, если сейчас он догадался обо всем? Возможно, родители давно уже что-то подозревали.

— Скажи мне вот что, Ричард, — попросил Джеймс. — Ты одобрял разводы в случаях, когда муж изменял жене либо уходил из семьи. А в случаях жестокости?

— Нет. Но это не значит, что у вашей дочери нет причин для столь радикальных мер. По закону у мужа нет права избивать свою жену. Суду потребуются доказательства его вины, но, Мэри, все, кто видел вашу руку, согласятся с тем, что у вас есть основания для столь решительного прошения.

Мэри кивнула. Она утешала себя тем, что Томас покусился на ее левую руку, а не на правую. Должно быть, магистрат заметил, что она посмотрела на свою повязку. Он улыбнулся ей ободряющей улыбкой.

— Мэри, ваши отец и мать — уважаемые люди и прихожане, — сказал он и подмигнул ее отцу, — хоть ваш батюшка и пытается в настоящее время привнести немного дьявольщины в наши трапезы.

Джеймс закатил глаза в ответ на ласковую критику.

— Но, — продолжал Уайлдер, — у вашего супруга также хорошая репутация и высокое положение в обществе. И его считают безгрешным. А это значит, что ваш процесс заинтересует очень многих.

— Это я переживу. Я с ним жить не могу.

— Полагаю, что на время суда вы захотите переехать к родителям?

Она посмотрела на родителей. Они это не обсуждали. Но отец сразу же кивнул ей.

— Да, — ответила она.

— В таком случае я завтра же начну приготовления. Губернаторский совет соберется через две недели, и тогда мы начнем суд. Вам потребуется юридическая помощь? Кто-нибудь, кто будет собирать показания и разговаривать со свидетелями?

— Кого бы ты порекомендовал, Ричард? — спросил Джеймс. — В торговых делах я обращался к Чарльзу Проперу.

— Пропер — хороший человек. Но в таком деле… Поговорите с Бенджамином Халлом. Он отлично разбирается в прошениях домашнего толка. Держит контору на углу Хай- и Милл-стрит. Ученый человек. Дотошный до крайности, но при его призвании это настоящий дар.

— Очень хорошо, — сказал Джеймс.

— И всегда лучше иметь дело с нотариусом, а не с адвокатом. Мне известно, что все больше людей обращаются к этим паршивым адвокатам, которым палец в рот не клади, но большинство магистратов относятся к ним с соответствующим презрением.

— Согласен, — кивнул Джеймс.

Магистрат продолжил по-отечески покровительственным тоном:

— Мэри, этот шаг повлечет за собой серьезные последствия. На всякий случай спрошу вас: не хотите ли вы подумать над своим решением еще один день?