40 часов в Аду (СИ)

Привлекательный и почти пустой пляж тянулся недолго, пока не открыл перед взором беглецов прибрежный ресторан. Его территорию окружали белые деревянные узкие столбы, высящиеся до середины здешних пальм. Шатровая покатая крыша хорошо защищала от непогоды. Но прежде, чем обсудить вытекающие из увиденного мысли, со стороны города к незадачливому контрастному дуэту поспешил сотрудник полиции с винтовкой.

— Постойте! — кричал он и быстро приближался к готовому атаковать Кевину, предпочётшему загородить Йерему собой. — С вами… всё в порядке? — тяжело дышал обеспокоенный крупный полицейский, пока дождливые капли стекали с его чёрной шляпы с полями. — Вы можете пройти со мной, тут рядом есть убежище, если…

Надетая не по размеру форма, железные кандалы, торчащие из-под рукавов, один из которых заведён за спину, явно что-то пряча, вызвали бы подозрение у любого, даже наивного человека, что от подозрительно настороженного мужчины стоит ожидать нечто криминальное и грозное. Поэтому Кевин не воспользовался привычной ложью в щекотливой ситуации.

— Вы один? — задал вопрос в упор, посеяв смятение в близко посаженных глазах нежелательного стража порядка.

— Да, а… Что? К чему вы… — засуетился полицейский, почуяв подвох.

— Извини, Йерема, — сказал едва слышно и поднял пистолет с взведённым курком, пустив пулю в незнакомца первым. Выстрел — ещё один отключённый аппарат из сети под названием жизнь. На забрызганном кровью лице будто бы проступила жалость, но после глубокого вздоха оно приняло привычный вид. Какие бы жуткие дела Кевин ни вытворял, это было необходимо для общего блага, и не стоило жалеть вклинившихся в стройное и целостное полотно плана его Организации. — За то, что мне пришлось убить его.

— О, духи! — шарахнулась она назад и отвернулась, стараясь не смотреть на исход недавно произошедшего.

— Вынужденная жертва, — выронил он апатично и присел, чтобы взять в руки винтовку, в очередной раз убеждаясь в её неудобстве и тяжести, при этом с надеждой бросив взгляд на миниатюрный кольт, патроны в котором исчезали час за часом. Он расстроенно выпустил воздух носом, замотал головой и вынул из винтовки магазин.

–Вынужденная жертва?! Слишком много их уже было, не находишь?! Ты поклялся мне, что не будешь больше никого убивать! — непреклонность испуганной девушки была понятна раскаявшемуся мужчине.

— Знаю, поэтому мне жаль, Йерема. Он создавал риск провала задания и вынудил убить его. Иначе…

–… он убил бы тебя, — безрадостно закончила она. Харон услышал нотку небезразличия во фразе и ухмыльнулся.

— Пройдём внутрь. Желаешь поесть? — спросил он, намекая идти в сторону пляжного ресторана. Замёрзшая молчаливо кивнула.

Крупные капли дождя, стекающие по лицу вниз, и насквозь промокшая одежда вынуждали этих двоих трястись от холода последние полчаса, но пляжное заведение не обещало тепла и защиты от посторонних глаз и зубов, а значит, и покоя. Впрочем, в нём можно было найти еды для изголодавшихся беженцев с Баноя.

— Садись здесь и подожди меня. Я пройду на кухню и посмотрю что съедобного осталось.

Выполненный под внешнее убранство деревянный стул с высокой спинкой был не совсем удобен для Йеремы: руки в наручниках пришлось далеко отводить назад, создавая боль в мышцах, и она расстроенно попыталась встать и найти сидение поудобнее, но резная спинка так просто не позволила ей выбраться. На звуки борьбы со стулом отреагировал ходящий рядом с береговой линией заражённый, когда-то бывший посетитель этого недорого ресторана, и методично, тихо и неожиданно для девушки, приближался. Дождь медленно смывал кровь с неровных краёв его ран — укусов на рёбрах и руках, — пачкая оставшиеся клочки его светлой рубашки и шорт. Рыча, он неловко бросился на жертву c раскрытой растерзанной челюстью, но заметившая опасность девушка вскрикнула и рванулась вбок, падая вместе со стулом на пол. Тупая боль обрушилась на правое плечо, и она завопила, чем, наконец, вызвала интерес у находящегося на кухне Кевина. Он выскочил в открытый всем ветрам зал, где шелестели занавески, сперва отвлёкшие его внимание, затем увидел, как один обезумевший опасно близко наклонился к женщине, чью жизнь необходимо оберегать рьянее, чем свою. Рука уже привычно подняла огнестрельное оружие, а палец потянул за спусковой крючок тогда, когда владелец убедился в том, что поразит намеченную цель. Удивительно, насколько действенными для него оказались пара уроков стрельбы в тире. Хотя он по мере своих способностей обучался всему, что было необходимо в полевых заданиях, потому редко испытывал серьёзные проблемы. Складывал он формулу успеха из простых компонентов — никогда не пренебрегал тренировками и понимал их важность. Снова хлопок — Йерема зажмурилась, ненавидя этот звук по той простой причине, что слышала его уже много раз — и нападавший свалился рядом, недвижимый, более неспособный нанести вред. В его голове зияло пулевое отверстие, окружённое неровными окровавленными ошмётками.