Здесь начинается Африка

Основной актив труппы составляет пятнадцать человек, некоторые из них — студенты. Популярность труппы у студентов и школьников совершенно особая, с ними актеры поддерживают постоянную непосредственную связь. Они приходят в школы, лицеи, в университетский городок Бен-Акнун, рассказывают ребятам о сценическом искусстве, здесь же играют свои спектакли, раздают абонементы. В вестибюле Национальной библиотеки Алжира, где большинство читателей — молодежь, на специальном стенде всегда вывешены афиши театра, подробно рассказывающие об очередных представлениях.

Процесс воспитания театр начал сразу же на высокой литературе. Первым его спектаклем были «Персы» Эсхила, вторым — «Исключение и правило» Брехта. Да и сами организационные формы здесь выглядят весьма добротно. Театр быстро получил помещение на улице Гарришет, в самом центре, рядом с улицей Ларби Бен Мхиди, за центральным универмагом Алжира «Галери». Помещение уютное, зрительный зал удобный. Это определило и характер оформления — объемные декорации, специально сшитые костюмы, фиксированное освещение — все по принципу настоящей сценической коробки. Коллектив, хотя и дает много выездных спектаклей, свое помещение использует очень напряженно, ибо весь театр как бы имеет подзаголовок «Дом молодежи» (кстати, именно эти слова и стоят на фронтоне театра) и является местом, где, как в клубе, юноши и девушки могут встречаться и делиться друг с другом своими знаниями, мнениями, взглядами. К их услугам здесь и развернутые программы спектаклей с данными об авторе, его пьесе и о концепции режиссуры, и различные выставки в фойе театра, приуроченные к данной постановке. Так, во время спектакля «Персы» здесь демонстрировались фотографии памятников античной архитектуры и античные скульптуры, предоставленные им дирекцией Национальных музеев искусства и министерством информации. На спектакле «Народ, народ» в фойе большим успехом пользовалась экспозиция работ современных алжирских художников.

Ритм работы театра чрезвычайно четок. Достаточно сказать, что это единственная труппа, дающая регулярные спектакли (до шести в неделю), в то время как большинство театров, в том числе и сам Алжирский Национальный театр, играют периодами, отрывая репетиционный процесс от собственно спектаклей. Режиссура основана на коллективных началах. Каждый член труппы несет ответственность за свою область — музыку, костюмы, декорации, но создается все это совместно. «Мы ставим спектакли все вместе и играем тоже все сразу», — объясняет мне один из молодых актеров. Впрочем, официальным руководителем коллектива считается Слиман Бенаисса, обаятельный, красивый юноша, живо и умно проводящий обсуждения после спектакля. Если для оранцев традиционный разговор с залом — средство установления контакта со зрителем, для которого этот театр создан, средство самопознания для дальнейшего совершенствования, то в «Театре и культуре» — это самоцель, ибо здесь все сценическое представление равно учебному процессу. Свою художественную манеру, постановочные принципы театр сознательно не определил как постоянные. Коллектив называет себя театром поиска и эксперимента, своеобразной творческой лабораторией, призванной выявить наиболее доходчивые, наиболее необходимые Алжиру формы сценического искусства. Театр не отрицает «халки», но сам стремится работать в различных формах, драматургических жанрах, сценических приемах, словно это различные предметы в том школьном классе, который они назвали «Театр и культура». И на обсуждениях они хотят продолжать эту учебу. Беседа, легко возникающая между создателями спектакля и зрителями, и отмечает процесс роста, культурного становления молодежи Алжира. Актер, создавший образ публично, не может уже избежать и «ответственности» — он должен объяснять свои действия, свою «сверхзадачу», свое мироощущение. Так театром дается наглядный урок и искусства, и самой жизни.

Зритель в театре разнообразен — студенты, учащиеся, рабочие — в основном молодежь. Приходят сюда и женщины — и вполне современного вида, с короткой стрижкой, в мини-юбках, с портфелями и книгами в руках, и завернутые с головы до ног в белый хаик. Последние сидят все вместе, шепчутся между собой, сверкая из-под накидок яркими черными глазами, а внешность их, возраст, положение определить трудно. Но вот в антракте одна из них встает, усталым движением стягивает с себя белое обезличивающее покрывало, и вдруг обнаруживается прелестная юная фигурка в изящном костюме «джерси». Круглый белоснежный воротничок, на плечи волнами падают густые черные волосы. Взглянула на себя, поправила пуговички и застежки, и вот уже снова все скрылось под огромным нелепым балахоном, заставляя думать, что это — не молоденькая женщина, а дряхлая старушка, забитая бессмысленными предрассудками. Ну какая же сила держит свободную молодежь Алжира в таком тупом повиновении отмирающим обычаям!