Империй призрачных орлы. Как русская епархия в Америке послужила фактором в развязывании Первой мировой войны

Также и деятельность москвофильского направления стала рассматриваться венским кабинетом как откровенное проявление сепаратизма.[103] После процесса Наумовича начинается наступление Рима на униатскую церковь. Базилианские (униатские) монастыри в Галиции с их громадным имуществом переходят под власть и руководство иезуитского ордена. Униатский митрополит Иосиф Сембратович, пытавшийся остановить этот захват, был смещен и отозван из Галиции в Рим, где и умер.[104]

С началом же перехода русинов-иммигрантов в Америке из униатства в русскую епархию началось и правительственное наступление на униатов в Австро-Венгрии. В 1893 году император издал рескрипт, закрывающий русскую духовную семинарию в Вене, откуда выходили самые образованные священники. Студентов стали отсылать в Рим. Закрывается также и генеральная духовная семинария во Львове, дававшая университетское образование и готовившая священников для всех трех галицких епархий – Львовской, Станиславовской и Перемышльской. Ее заменяют епархиальными семинариями с понижением образовательного ценза, чтобы поставить священников в полное подчинение епископам – правительственным ставленникам.[105]

Но при церковном давлении никто не ущемлял гражданских прав русинского населения. Описавший это в своем очерке Мончаловский, друг и биограф Наумовича, зачитал его в качестве доклада в Петербургском Галицко-Русском благотворительном обществе, где очерк и был опубликован.[106]

Как видно на примере того же Мончаловского, в предвоенные годы галичане свободно ездили в Россию, причем поездки эти носили совершенно легальный характер «и лишь в страшные годы военного террора тяжко отразились на судьбах путешествовавших».[107]

Сам Бергун, в дополнение к своей издательской деятельности в Бене, по совместительству стал еще и вице-председателем Галицко-Русского благотворительного общества в Санкт-Петербурге.[108]