Царь горы [СЛЭШ 18+!]

Северус не сводил с него глаз.

— Вы цитируете Халиля Джебрана?

— Ты забыл свою книгу.

— Не забыл, а оставил. Она пришлась вам по душе.

Гарри беспомощно оглянулся на прохожих, сновавших туда-сюда мимо ниши. Это помогло ему сдержаться. Желание обнять Северуса было таким, что Гарри испытал боль во всём теле, как будто его заживо разорвали пополам.

— Он ливанец, — пробормотал Гарри торопливо, — а я там жил. Мне было интересно.

Северус мягко взял его за плечо.

— Гарри, вы оправдываетесь за то, что вам всего лишь понравились какие-то стихи?

Он стоял очень близко. Гарри с волнением смотрел в его глаза. Никто не замечал время. Толпа у стадиона постепенно редела и неподалёку раздавался приветственный рёв болельщиков. Матч начался.

— Ты замёрз, — сказал Гарри тихо, снова тронув его за руку. — Давай зайдём куда-то? Сможем спокойно поговорить, и ты согреешься.

— Как же футбол?

Гарри фыркнул.

— Ты же его ненавидишь!

— Но вы же позвали меня на футбол. Купили билеты.

— Я бы и на луну билеты купил, если бы ты обещал со мной на неё полететь.

— Опять жульничаете? — спросил Северус, но в глазах его не было гнева, только насмешка.

— Я так рад тебя видеть! — проговорил Гарри, не обращая внимания на последние слова.

Он прислонился к стене, продолжая жадно рассматривать молчавшего Северуса.

— Хотел поздравить тебя с Рождеством, — добавил он колеблясь, — но ты же не примешь подарков?

— Вы уже сделали мне подарок.

Где-то в глубине его глаз Гарри разглядел непонятную искру.

— А та книга — это был рождественский подарок? — спросил он едва слышно.

Северус был серьёзен.

— Чего бы вам хотелось?

Останься. Но Гарри не произнёс этого вслух и смотрел в сторону метро. Наблюдая за людьми, он будто бы забыл о том, что Северус стоял рядом.

— У меня всё время в голове звучит та ария, с концерта во вторник. «E lucevan le stelle». Ты разбираешься в этой дребедени, а я хочу услышать ещё что-нибудь такое, — проговорил Гарри сбивчиво.

Он надолго замолчал, а потом, немного злясь на себя, добавил сердито:

— Сходи со мной.

— На оперу?

Да какая разница? Гарри недовольно сопел и всё ещё не смотрел на него, сложив руки на груди. Было неловко. Он сто раз приглашал кого-то на свидание и никогда так не смущался. Гарри заподозрил, что опять покраснел, потому что лицу, несмотря на мороз, было очень жарко. Он хотел услышать эту музыку, но не хотел дурацких расшаркиваний. После всего что было, глупо выдумывать предлог для новой встречи. Всё, чего Гарри хотел: преодолеть этот нелепый барьер не-прикосновения, трогать, брать за руку, обниматься. Быть вместе, потому что Северус был лучший из людей.

— Опера, прежде всего, театральная постановка. Стоит сходить в Ковент-Гарден.

— Что?

Они растерянно посмотрели друг на друга. Разговор вдруг увял. Было холодно, и оба мёрзли. Пойти в помещение кафе или соседнего ресторана означало признать эту встречу самым настоящим свиданием, а на матч никто идти не хотел: там было слишком шумно и многолюдно.