Грандиозная история музыки XX века
- Автор: Рондарев Артем
- Язык: русский
- Год: РИПОЛ
- ISBN: 978-5-386-14405-0
- Жанр: История искусств
Электронная книга - «Грандиозная история музыки XX века». Краткое содержание книги:
В основу настоящей книги положен цикл лекций, прочитанных Артёмом Рондаревым в Высшей школе экономики в рамках курса о современной музыке, где он смог описать весь спектр основных жанров, течений и стилей XX века: от академического авангарда до джаза, рок-н-ролла, хип-хопа и электронной музыки.
Многие считают, что Айвз открыл атональность раньше Шенберга[2190]. В одном из наиболее известных и монументальных его сочинений – Конкорд-сонате – любовь к неожиданным музыкальным эффектам, унаследованная им от отца, проявляется в полной мере: в нотном тексте ее почти отсутствуют тактовые черты, равно как и указание на какую-либо тональность, а в одном из эпизодов от исполнителя требуется извлечь из инструмента звук с помощью 37-сантиметровой деревянной плашки, надавливающей на клавиатуру. Результатом этого является так называемый кластерный аккорд, или просто кластер, то есть созвучие, построенное из близко расположенных тонов, в данном случае отделенных друг от друга секундовым интервалом[2191]. Его музыка, чрезвычайно объемная и масштабная, многим обязана повседневным низовым музыкальным активностям – Генри Коуэлл полагал, что ее своеобразие это результат верности характерным практикам музыкантов-любителей из небольших американских городов[2192]. В каком-то смысле Айвз был первой самобытной фигурой такого масштаба в американском музыкальном контексте, и многие называют его главным американским композитором двадцатого века[2193].
Понятие кластера в музыку ввел Генри Коуэлл – один из первых пропагандистов творчества Айвза; он называет их «тоновыми кластерами» (tone clusters)[2194]. Такого рода созвучия дают очень резкую совокупность диссонансов, среди которых теряется даже высота звука: они, таким образом, демонстрируют, что любая элементарная единица, даже шум, может стать музыкальным материалом в соответствующем контексте. Со временем это воззрение станет чрезвычайно распространенным, во многом благодаря ученикам Коуэлла Кейджу и Лу Харрисону; но в десятые – двадцатые годы это была весьма смелая идея[2195]. Коуэлл, разумеется, не изобрел кластеры – они встречаются еще в музыке XVII века, – однако там они несут функцию звукоподражания и в любом случае являются своего рода «спецэффектом», тогда как Коуэлл использовал их систематически как одну из основ своего музыкального языка.
Коуэлл родился в 1897 году в обеспеченной семье; с пяти лет он учился играть на скрипке, затем на фортепиано. В семнадцать лет он поступил в Калифорнийский университет в Беркли; в начале 20-х годов он уже был профессиональным композитором, хорошо известным в модернистских кругах. В 1924 году он выступал со своей музыкой в Карнеги-холле; анонимный нью-йоркский рецензент иронически замечал по поводу его фортепианной техники: «По крайней мере он не сидит на клавиатуре и не играет на ней ногами». Коуэлл к этому времени активно использовал кластеры и играл пальцами на струнах рояля – именно этим объясняется ремарка рецензента[2196].
В 1925 году он организовал Калифорнийское общество новой музыки (New Music Society of California), а затем, в 1927 году, стал издавать журнал New Music, в котором он печатал партитуры Айвза и куда пригласил последнего в качестве почетного члена редколлегии – журнал впоследствии стал одним из наиболее важных источников музыки Айвза, представляя того своего рода отцом американского музыкального модернизма[2197]. Тогда же он начал преподавать в Нью-Йорке и давать частые уроки – среди его учеников были Кейдж и Лу Харрисон. Коуэлла иногда называют первым сочинителем world music – он активно перенимал и использовал в своих сочинениях неевропейские музыкальные системы и практики, и большинство его учеников этот интерес от него унаследовали[2198].
В 1936 году он был арестован по обвинению в аморальном поведении – ему вменялся в вину оральный секс с мужчиной, по калифорнийским законам того времени это было серьезное преступление, и максимальный срок за него составлял пятнадцать лет[2199]. Пресса описывала его в самых черных красках – так, одна из газет сообщала: «Самый гангренозный тип изо всех, кого породил этот мир, навозный паразит, скользкая змея в человеческих одеждах, – все это кретин Генри Диксон Коуэлл»[2200]. Он был отправлен в тюрьму Сан-Квентин, провел там четыре года, был освобожден условно-досрочно в 1940 году, а в 1942 году был помилован. В заключении он сочинял, учил сокамерников музыке и дирижировал тюремным оркестром; тем не менее, тюрьма произвела на него опустошающее воздействие, и из ультрамодерниста (как это называлось в двадцатые годы) он превратился в человека осторожного и избегающего радикальных жестов. Три его симфонии, написанные в период с 1938 по 1946 год, звучат обаятельно и даже наивно, лишенные той убедительной эффектности, которая свойственна более ранним его сочинениям[2201]. Последние десять лет жизни его мучил целый ряд болезней: за это время он побывал в госпиталях тринадцать раз; в 1965 году он умер[2202].
2190
Ross A. Op. cit.
2193
Brooks W. Op. cit. P. 43.
2196
Hill B. Op. cit. P. 60–61.
2202
Sachs J. Op. cit. P. 498, 503–504.