Вся пани Иоанна. Том 2 [компиляция]

* * *

На следующий день что-то заставило меня пойти на хитрость и отловить Вальдемара, что я и сделала за ужином. Мой Драгоценный по-прежнему слова не проронил, Вальдемар же старательно избегал встреч со мной. Интересно, почему?

Притворяться голодной не пришлось. Хотя есть не хотелось, однако в кухне оказалась свежеподжаренная корюшка, а от нее человек не откажется, даже если уже до безобразия наелся. Ведь с нею, как с семечками — и не хочешь, а оторваться не можешь.

Вот и я, усевшись напротив Вальдемара, ухватила пальцами рыбешку за поджаренный хвостик, схрумкала и потянулась за следующей, осторожно начиная важный разговор.

— Пан Вальдек, а что, собственно, известно о погибших?

— В каком смысле? — не очень охотно отозвался хозяин.

— Ну, говорили, они не местные, сюда приехали ненадолго, но откуда приехали? Кто они? Если вы не знаете, кто может это знать?

Не сразу ответил мне Вальдемар, поглядывая то в окно, то на рыбку, то, не с таким удовольствием, на меня.

— Может, кто и знает, — наконец словно через силу произнес он. — Вроде бы какие-то дальние родственники пустили их тогда пожить в свою хибарку. Родственники должны бы знать.

— А вы? — не отступала я.

— Только то, что люди брешут. Ну, слышал краем уха, в порту мужики говорили, будто они из Гданьска. Он вроде бы таксист, а она, болтали, бывшая спортсменка, плаванием занималась. В соревнованиях участвовала, пока руку не сломала... или ногу, точно не помню, во всяком случае на олимпиады уже не ездила.

— Воды точно не боялась, это заметно. А дети у них были?

— Да откуда мне знать? — опять затянул свое Вальдемар, но я так непреклонно смотрела на него, так требовательно, что отвел взгляд и опять очень неохотно промямлил:

— Болтали люди... Болтали, вроде бы у них был ребенок, маленький, ведь и они совсем молодыми были. Но девочка там или мальчик, никто не знает. Хотя милиция разбиралась, могли и выяснить...

Я тоже уставилась в окно, куда упорно смотрел хозяин, избегая моего взгляда. Темнело, на улице уже ничего не разглядишь. Извлекла из миски самую поджаристую рыбешку и задумчиво принялась жевать, заметив в пространство:

— Потому как, проше пана, я вот думаю... Ну хорошо, их убили, хотя уж чего хорошего. Однако перед смертью они извлекли из моря настоящее богатство, а оно по закону должно достаться их наследникам, в первую очередь детям. Или одному дитю, без разницы. Именно ему должны достаться и золотая муха, и облачко, и рыбка...

Похоже, для Вальдемара мои соображения оказались потрясающей новостью.

— Что вы говорите! А я как-то об этом и не подумал. Ну ясное дело, все должно перейти ребенку, факт. А обидеть дитя невинное, это же какой надо быть свиньей! Ведь мало того что убили родителей, так еще и ребенка ограбили! Вы совершенно правы, пани Иоанна, если до чего дойдет, так все должно достаться ребенку, хотя лично я очень сомневаюсь, чтобы этот ребенок когда-нибудь увидел своими глазами муху или рыбку.

— А кто там сейчас живет? — ткнула я вилкой в кухонную стену напротив окна.