Художник

– Вот именно! Никогда человеку не стать членом Клана! – Резко сказала Риана. – Кем ты родился на свет, имеет самое огромное значение.

– Имеет. – Согласился Иржи. – Это немного сужает игровое пространство. Но и в своем секторе ты можешь достичь больших величин. И, кстати, не факт, что человек не может стать кем-то другим.

– Ерунда! Ты знаешь хоть одного такого человека?

– Да, Риана. – Иржи протер пальцы салфеткой. – Может, уже пойдем в парк?

Ребята дружно поднялись, а Инваар расплатился за всех, гордясь своей победой над пестиками и неуступчивым характером преподавателя.

Переговариваясь, они отправились в парк, расположенный по берегам маленького притока Капицы, который из-за запруды, когда-то устроенной бобрами, превратился в небольшое разлившееся озерцо. Тогда горожане на нем сделали лодочную станцию, а на голубых парковых газонах – аттракционы для детей и взрослых.

– Давайте поплаваем на лодочке, а потом – на карусели! – Умоляюще посмотрела на всех Мирия. – Завтра начнутся занятия, и долгое время нам будет не до гуляний!

– Я пойду, договорюсь! – Кинулся к домику лодочника Йожеф. – А вы пока выбирайте транспорт!

Девушки, пересмеиваясь, выбрали большую шестиместную лодку зеленого цвета с нарисованными на бортах синими и красными бабочками.

– Здорово! И поплаваем, и полетаем! – Запрыгнул в нее Инваар, подавая девушкам руку.

Последним загрузился Йожеф, принесший четыре весла. Иржи, как самого маленького, посадили на корме, у руля.

Оттолкнувшись от берега, они медленно поплыли под спускающимися прямо в воду гибкими ветвями хвойников, желтые иголочки которых, лежа на воде, вихрились и кружились за лодкой. Тихая и спокойная озерная гладь то отблескивала солнечными зайчиками, то пряталась в тени. У самого берега среди широких листов прятались белые лилии и лотосы. Маленькие птички, блестя ярким разноцветным оперением, словно бабочки, то и дело зависали над цветками.

– Какой чудесный день! – Тихо сказала Мирия. – И все-таки, Иржи, любить – прекрасно!

– Пока твой кавалер тебе не надоест! – Рассмеялся Инваар. – И тогда ты скажешь бедолаге, что он скучен, как старая игрушка. У него начнется депрессия с порчей казенного имущества. Не сумев вовремя перестроиться на другой путь, его карета полетит под откос, и – прощай, Академия!

– Надеюсь, это ты не о себе? – Мирия протянула руку и легонько щелкнула по носу парня. – Не хотелось бы терять друга.

– Ты мне уже изменила?! С кем? Коварная женщина! – Громко запричитал Инваар, дурашливо прижимая руку к сердцу.

– Я, пожалуй, кое в чем согласна с твоей концепцией, Иржи, – задумчиво сказала Риана, – действительно, мы, большей частью, не любим, а испытываем влечение. И если его удовлетворяем, то так называемая любовь проходит достаточно быстро, и мы уже в поиске нового объекта. И нас, в-общем, не интересует ни духовная суть, ни интересы наших избранников. А волнует только собственное «хочу». Так?