Зарубежная литература средних веков. Хрестоматия

Я слышала также — ты хочешь, как сына, Героя приблизить, что замок очистил. Сокровища можешь раздать, повелитель, В палате для пиршеств, пока не иссякли, Но царство оставь для своих, чтоб в почете, Когда будешь призван всевышним, наш Хротульф Наследье твое получил, — если с жизнью Ты раньше простишься, о вождь щитоносцев! Я знаю — воздаст он лишь благодеяньем Сынам нашим, вспомнив, что с детства его мы, Как милого сына, любя, принимали. Затем подошла королева к скамейке, Где Хротмунд и Хретрик, сыны королевы, Среди своих сверстников смелых сидели. Геат Беовульф восседал возле братьев. Его попросила принять она кубок И перстня из золота два драгоценных[669] Прекрасные два для руки украшенья, — И пояс, и платье, и обруч богатый, Какого не видано в целой вселенной. Сокровищ ценнее, прославленных больше Не знали в подлунной, с тех пор как похитил Клад Брисингов Хама и в замок упрятал, Эрманрика гнев заслужив похищеньем И благословенье народа навеки... ... В палате Геату меж тем говорит королева: «Возьми этот обруч, о Беовульф милый. Ты, храбрый, в наряд облекись драгоценный. Будь счастлив, обрадован княжеским даром! Храни себя верно, и детям науку Свою преподай ты с любовью — награду Получишь за это. Ведь ты своей силой Стяжал себе славу, герой благородный, Повсюду, где волны, гонимые ветром, У берега бьются... Тебе я вручаю, Тебе, благородному, благо сокровищ. Будь счастлив ты в жизни и мальчиков помни, В великом веселье учи их, достойный! Здесь каждый друг другу не враг, а товарищ, К правителю все расположены сердцем, Бойцы благодушны, и слуги учтивы. Так пейте же, верные, просьбе внимая!» И к трону вернулась она. Пир блаженный! Питье благородных! Но кто угадал бы Угрозу судьбы, ее поступь в потемках, Несущую смерть одному из героев, В то время как доблестный Хротгар вернулся На отдых. Палату сейчас, как обычно, Бойцы без числа берегли после пива. Полы подметя, положили подстилки, Поставили ложа и, пьяны от пива, Сонливые, слабые, все задремали. Щиты, серебрясь, в изголовьях висели, Из дерева сделаны светлого. Рядом, Над ложами, высились шлемы, кольчуги, Могучие копья — таков был обычай: И в поле, и в доме, во всем облаченье, Во всякое время, когда б ни призвал их Правитель любимый к нежданному бою, Нуждаясь в друзьях, — был народ наготове!