Моя молодая бабушка (СИ)

— Ты думаешь, тут завелась нечисть? — насторожился Честнат.

Он присел перед одной из упаковок и изучил её на предмет того, как она была вскрыта. Если это были дети, то они должны были уметь распаковывать сладости. Ну, или хотя бы просто разорвали бы обёртку, чтобы до них добраться. А вот если нечисть… ну, могли остаться следы зубов, например.

Он не мог сказать, следы зубов это, ногтей, или упаковку просто разорвали таким неестественным способом. Во всех случаях получится просто «ребристый» край.

— Ты бы удивился? — фыркнула Вульф.

— Знаешь, сегодня такой удивительный день, что я ничему уже не удивляюсь, — вздохнул Томас. — Даже не знаю, радоваться или нет, что я обо всём этом узнал. Хотя… это довольно интересно — знать, что мир намного шире, чем кажется зашоренному глазу… Хм, и кто это был, по-твоему? — он показал ей одну из таких обёрток.

— Либо гоблины, либо гномы. Те же феи куда как аккуратней… а это показатель, учитывая, что я считаю фей грязнулями, — ответила Вульф.

Том несколько секунд помолчал, переваривая новую информацию. Вымыслом Аделаиды он её не считал. Парень и правда ничему больше не удивлялся. Ну гоблины. Ну гномы. Ну подумаешь…

— Но вряд ли они где-то здесь… как думаешь? — спросил он наконец, посветив фонариком по сторонам и внимательно следя, не мелькнёт ли какая-нибудь тень. — Или могли поселиться в заброшенном доме?

— Вполне могли, особенно если это гномки или гоблинши. Девочки проявляют больший интерес к человеческой культуре, — заметила она.

— М… а почему так? — поинтересовался Честнат, став ещё внимательнее присматриваться к окружению. Нет, его не пугали гномы и гоблины. Не испугали бы, даже не будь рядом ведьмы. Хотя лёгкое чувство страха перед необъяснимым и мистическим присутствовало.

— Думаю, из-за того, что человечество в Харбор-Пайнс сделало больше красивых вещей, чем отличилось на ниве военных подвигов.

Юноше показалось, что он увидел движение рядом с вешалками с одеждой.

— А девочки любят красивые вещи, — продолжил Томас, осторожным жестом показывая Адель в сторону вешалок и светя туда фонариком. Это могла быть просто крыса. Они тоже любят селиться в заброшенных домах, если там есть чем поживиться.

— Правильное направление мысли, — улыбнулась Аделаида.

К сожалению, свет уже ничего не выцепил, кроме слегка покачивающейся ткани. Вряд ли это могла быть настолько большая крыса, чтобы из-за неё качалась ткань. Хотя Том бы и этому не удивился. Он резко присел на колено и пустил луч фонаря быстрым полукругом от вешалки, заглядывая понизу.

— Это делается не так, — опустила ему на плечо руку Вульф. — С их точки зрения, это мы пришли на их территорию. Надо показать, что дружить с нами — это хорошо.

— Хм… а они человеческую речь понимают? — уточнил юноша, выпрямляясь, но не убирая пока луч фонарика далеко от вешалки.

— Знаешь… я так до конца и не уверена, — ответила она. — У них… странные понятия обо всём. Они существа слегка иного мира и… слегка иного вида.

— Ну, попробовать-то можно, — пожал плечами Томас и передал Вульф фонарик. — Подержи, пожалуйста.

Стащив с плеча рюкзак, он опустил его на пол и присел над ним, расстёгивая.

— К сожалению, сладкого у меня ничего нет, зато остались бабушкины пирожки, — Том достал один, демонстративно понюхал с блаженным «м-м-м!» и положил на пол, на одну из многочисленных обёрток. — Бабушка печёт вкусные пирожки. Угощайтесь! — сказал он вешалке и, подхватив в одну руку рюкзак, а в другую локоть Аделаиды, отступил шагов на пять от угощения.

— Обычно принято уходить так, чтобы Соседи могли не бояться попасться на глаза, — сказала Аделаида.

— Соседи? — переспросил Томас, ещё разок посветил фонариком и, послушав мудрую ведьму, направился вместе с ней к выходу. — Приятного аппетита! — бросил он через плечо, не оборачиваясь.

— Ну да, — кивнула Вульф, — Соседи. Именно так их принято называть.

— Потому что они соседствуют с людьми? Понятно, — улыбнулся он и решил не останавливаться. Они выйдут за дверь, а затем попробуют войти ещё раз, только теперь спросив разрешения. Ну, как-то так.

— Вроде того, — хмыкнула Аделаида. — Причём в некоторых очень редких случаях соседство ближе, чем с реальными соседями. Всё же сотрудничать с ними можно.

— В смысле, с ними можно жить под одной крышей? — уточнил юноша.

— И это тоже, — кивнула Вульф. — Просто надо смириться с их… инаковостью.

— Инаковость? Ну, конечно, это неправильное сравнение, но живут же люди под одной крышей с домашними питомцами, а Соседи ещё и разумны впридачу, — заметил Томас, уверенно следуя к выходу из здания, но не забывая светить фонариком им под ноги.

— Вот именно разумность и является проблемой, — фыркнула Вульф. — Ты допускаешь типичную ошибку, полагая, что, если что-то разумно, тебе это проще понять.

— Ну, возможно, — не стал спорить юноша, подумав, впрочем, что разумные существа могут хотя бы попытаться договориться. Но что он знал про этих Соседей? Ничего ровным счётом. — Так ты как, согласна терпеть такое соседство? Смириться, как ты сказала?