Моя молодая бабушка (СИ)

К этой улыбке он уже начал привыкать, но… если она не хотела, чтобы от неё шарахался каждый встречный, кому она улыбнётся, то надо было учиться улыбаться по-другому. Томас испытал лёгкое сожаление за эту мысль, которую она наверняка услышала. Обижать Адель он уж точно не хотел.

— Да меня и феи удивляют, и привидения… — пожал он плечами, как-то не делая разницы между всеми этими существами. Том двинулся глубже в воду, собираясь всё же немного поплавать и скупнуться. — Кстати, ты где жить планируешь? Я тут выяснял про незанятые дома, но говорят, там могут быть привидения…

Ой, он ведь это уже говорил.

— С призраками я договорюсь, — ответила Вульф. — Жалко только, домовых там не будет. А приманивать их — та ещё морока… кстати, моя сестрица, интересно, старого домового не согнала ещё?

— Эм-м… не знаю, — удивился парень, — никакого домового я там не видел.

Он поднял руки и лёг на воду, сразу начав активно загребать и фыркая от удовольствия.

— Не, ну ясное дело, что домовой прячется. Они вообще не любят показываться людям на глаза. Даже здесь, в Харбор-Пайнс, волшебные создания избегают общения с людьми. У них ходит легенда, что если кто-то волшебный покажется слишком большому количеству людей, его уничтожит Парадоксом, — усмехнулась Вульф. — Смешно, ведь даже в этой теории Парадокс — это магия. Но магия не магов.

Плескания в воде не мешали разговору, так как юноша в общем-то далеко от берега не отплывал. А разговор был достаточно интересным, чтобы у него и такого желания не возникло, хотя будь он здесь один, то непременно заплыл бы дальше и глубже. А ещё лучше — ночью. Русалок охота посмотреть! Ведь до сих пор из всех столь разрекламированных волшебных созданий он видел только ведьму, да и та суть человек.

— Парадокс? Не знаю, что это за штука, но дай догадаюсь, — усмехнулся Том. — Люди не верят в магию, и чем их больше, тем это неверие сильнее, и если увидят магическое существо, то сработает Парадокс. Либо существа не станет, либо люди его просто не заметят. Как я понимаю, в любом другом месте сработало бы второе, но в Харбор-Пайнс вполне может случиться первое. Угу?

— Не совсем… волшебных существ не замечают благодаря особому заклинанию, распространяющемуся на весь мир. Феи называют его Патока. Дескать, так же облепляет всё вокруг. По легендам, Патока была создана далеко на Востоке драконами, которым надоели люди и они решили так от них скрыться. Но в Харбор-Пайнс Патока, как оказалось… истончилась до такой степени, что люди смогли видеть магию. И, как ни странно, местные Великие Дома целенаправленно истончают Патоку всё больше и больше, — высказалась Вульф.

Это была очень увлекательная история. Так вот оно что — магию от людей скрывают целенаправленно. Мир в восприятии Честната медленно переворачивался с ног на голову. Выходит, им столько лет врали. Наука отрицала существование магии и волшебных существ как то, что невозможно доказать. А на самом деле сказки говорили правду, и феи существуют. И лепреконы с горшочками золотых монет, исполняющие любое твоё желание, если их поймать. И даже драконы! Вау!

— А зачем им это нужно? — недоумённо уточнил Томас.

Действительно странно, ведь Великие Дома могли бы стать ещё более могущественными, если бы хранили эту тайну, а не наоборот. Но это наверняка объясняется какими-то их выгодами. Политическими, быть может.

— Очевидно, чтобы магия начала работать за пределами Харбор-Пайнс, — ответила Вульф. — Сам посуди. Парадокс. Из-за него нельзя колдовать, когда на тебя смотрят много людей. Даже здесь, в Харбор-Пайнс, я чувствовала сильное сопротивление «чего-то», когда пыталась колдовать на глазах толпы. Сейчас магия за пределами городка, как я поняла из записок Скотта Прескотта — это нечто, что можно применить один на один или в уединённом месте.

— А для чего Великим Домам нужно, чтобы магия работала за пределами Харбор-Пайнс? — всё равно не понял парень. — Они ведь Великие только здесь, как я понимаю. Или они хотят распространить своё влияние на всю Англию? Хм, да, и что за записки, когда ты их успела найти? — Том решил, что Аделаида прочла эти записки уже сегодня после освобождения, но когда бы она и правда успела?

— Записки Скотта Прескотта… собственно, та штука, благодаря которой я перестала сомневаться в своё время в магии, — ответила Вульф. — И да, очевидно же, что если магия начнёт работать везде, то побеждать будет тот, кто больше всего в ней понимает.

— Ясно… но ведь прошло несколько десятилетий, и вроде бы ничего не изменилось, — заметил Томас, медленно плывя в паузах между речью. — Должно быть, они не слишком в этом преуспели. За пределами Харбор-Пайнс всё так же без магии.

— А ты из какого города? Насколько я помню, Прескотты окучивали местную областную администрацию, — ответила Вульф.

— Столичный я, из Лондона, — вздохнул Честнат. — Мама сюда ещё до моего рождения переехала. Туда то есть. А бабушку я только раз видел, в два годика, и, конечно, этого не помню. Они с дедушкой к нам в гости приезжали, как мне рассказывали.

— Ну вот… — развела руками Вульф. — Чему ты удивляешься? Лондон — это Лондон. До него ещё руки должны дойти. Когда Прескотты доберутся до Лондона, они будут держать всю Британию.