Вивьен Ли. Жизнь, рассказанная ею самой

Ларри и Джилл вернулись в Лондон, он снялся с Глорией Свенсон, но фильм получился абсолютно провальным. Однако они с Джилл уже были голливудскими актерами, а потому и дома их снимали охотно. Но тут начались проблемы, потому что Джилл не имела права на площадке переигрывать Ларри, он злился и начинал работать плохо.

Можно намеренно быть на полшага позади кого-то в жизни, перед репортерами, перед публикой, но невозможно в игре. Когда-то нас в этом обвинил Тайнен, критик, обожающий Оливье и готовый ради вознесения его на недостижимый престол всех остальных, тем более меня, низвергнуть в грязь. Тайнен написал, что рядом со мной Оливье играет вполсилы, чтобы не провалилось мое исполнение. Это полная глупость, обидная даже для самого Ларри, но Ларри почему-то не обиделся.

Если так, то Ларри вообще нельзя играть ни с кем рядом, потому что с Джилл получалось похоже.

Сейчас я понимаю, что у нас с Джилл многое похоже, кроме одного – она родила Тарквиния, а вот я – нет. А еще, когда они с Ларри встретились, Эсмонд была объективно сильней, и это она сделала Оливье актером, как бы он ни утверждал обратное. Именно Джилл безошибочно выбирала пьесы и роли для Ларри, она учила его актерскому мастерству, она заставляла работать на сцене и на площадке.

Со мной Ларри столь же непоследователен, как и с Джилл, когда для него нет хороших ролей в Голливуде, а для жены есть, – Голливуд худшее место на свете, место, где таланты не ценят, где только халтура и безвкусица, где работают монстры, создающие убогие поделки. Если приглашают Ларри, Голливуд в мгновение ока превращается в кузницу талантов и поприще для добывания всемирной славы.

Увезший из Голливуда жену почти силой из-за того, что там обманщики и бездари, недостойные внимания настоящих актеров, Ларри, получив предложение сыграть вместе с Гретой Гарбо, свои обвинения забыл и занялся обменом телеграммами с американцами, только на сей раз это был «МГМ». Интересно, знал ли об этом предложении Сэлзник, а если знал, то почему не предупредил «Метро», из желания досадить?

Ларри диктовал условия, словно уже был недосягаемой звездой. Представляю, как он гордился и перед Джилл, и перед Сэлзником тем, что его, как настоящую звезду, уговаривают сняться с другой звездой, выполняя все требования. А они были немалыми, Майрон Сэлзник говорил, что Ларри потребовал не только оплаты проезда в оба конца, большого гонорара за саму роль, замены ее равноценной в случае срыва съемок, но и подобных условий для Джилл. Все это шумно освещалось в прессе (я помню, хотя не придавала значения, поскольку Ларри на сцене еще не видела).