Вивьен Ли. Жизнь, рассказанная ею самой
- Автор: Ли Вивьен
- Год: 2012
- Язык: русский
- Год: Яуза-пресс
- ISBN: 978-5-9955-0465-8
- Переводчик: Наталья Павловна Павлищева
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Вивьен Ли. Жизнь, рассказанная ею самой». Краткое содержание книги:
Она обязана была ответить. Она должна была объясниться – даже не с ним, а с самой собой, чтобы вновь поверить в себя и свой дар, избавиться от самоуничижения и чувства вины. Так рождалась эта потрясающая книга – исповедь невероятно сильной и талантливой женщины, которая прошла через все круги семейного ада, вырвалась из черной ямы безумия, буквально восстала из пепла, научившись, подобно Скарлетт, не оглядываться назад и не сожалеть о былом, а говорить себе: «Я подумаю об этом завтра!».
Когда умерла твоя любовь, Ларри, и почему ты не сказал мне об этом? Зачем меня обманывать, прекрасно зная, как я жду этот обман? Может, легче порвать все сразу и каждому начать жизнь сначала? Как поговорить с тобой об этом?
Любовь – самое непостижимое чувство из всех человеческих, самое сильное, способное увести за собой куда угодно и заставить чем угодно пожертвовать. Но она же – самое уязвимое чувство: ею самой жертвуют в первую очередь. Сейчас мне кажется, что ты пожертвовал любовью ради своего успеха. Но первой жертвой оказалась я сама.
Я даже сама себе не сознавалась, что с тех пор, как увидела Лоуренса Оливье, у меня появилась еще одна причина пробиться на сцену, пожалуй, теперь самая значимая – там я могла встретить своего идола. О том, чтобы вместе сыграть, не было даже мысли, это слишком сказочно. Нет-нет, рядом с божеством у меня просто подкосятся колени и я не смогу не только выдавить из себя слова, но и просто устоять на ногах!
Ли внимательно присмотрелся ко мне:
– Вив, что случилось, ты сама не своя? Неужели снова ребенок?
– Нет, что ты!
– Тогда что?
Я вздохнула:
– Там настоящая жизнь, а здесь…
– Где там, в театре? Ты ошибаешься, настоящая жизнь здесь, а там выдуманная, постарайся это понять и не подменяй одно другим, можешь оказаться в дураках.
Но на сцену не звали, зато позвали на съемочную площадку, пусть на роль второго плана, но ведь не эпизодическую же, не такую, что только и можно с секундомером посчитать время присутствия на экране.
Я пытаюсь понять, удачей или неудачей были первые серьезные съемки именно у Дина?
Бэзил Дин у актеров слыл монстром, не терпящим не только возражений, но и малейшего самовольства ни на сцене, ни на площадке, каждое слово, жест, малейшая интонация должны точно соответствовать требованию Дина, его видению, его указаниям. Никакой вольности, никакой отсебятины! Актеры жаловались, что с ним не игра, а слепое следование указаниям.
Для меня тогдашней это было бы, пожалуй, спасением, потому что я еще ничего не умела. Если бы у Дина не было еще одной ужасной привычки – он устраивал разносы вслух при всех и оч-чень громко! Играть впервые серьезную роль, не имея толком образования и опыта (не считать же таковыми два семестра в академии и десятисекундную роль с двумя фразами?), и выслушивать в свой адрес крик режиссера, не всегда выбирающего выражения:
– Я требую, слышите, требую, чтобы вы произнесли эту фразу со страдальческим выражением и сделали вот такой жест! Вы в состоянии запомнить мои указания или нужно кричать все время съемки кадра?!
Грейси Филдз, игравшая главную роль, усмехнулась:
– Теперь можно не сомневаться, что страдальческое выражение, которое тут, кстати, вовсе ни к чему, у бедной девочки непременно будет, достаточно ей только услышать ваш рык. Бэзил, прекратите использовать свои голосовые связки во всю их силу, мы не глухие.
Грейси такие речи были позволительны, она звезда, ради концертных номеров которой и снимался сам фильм с удивительно пустым сценарием.
Филдз отвела меня в сторону и посоветовала:
– Не обращайте внимания на его крик, играйте так, как вам подсказывает чутье. И не волнуйтесь, вы все же получили роль, а это главное. Пусть кричит.
Наверное, вот такая «школа» в самом начале очень полезна, не будь я просто помешана, как говорил Ли, на театре и кино, я просто бросила бы всякую мысль о продолжении артистической карьеры. Трепать нервы без «помешательства» никто не будет. Бэзил Дин был прекрасным экзаменом на выносливость и терпение, который я выдержала. Не знаю, получилась ли роль, но охота сниматься и играть на сцене не пропала.
Однако работа с Дином вовсе не приблизила меня к кумиру, Ларри играл на сцене, а я дрожала на съемочной площадке фильма, за который никаких наград и даже упоминаний в прессе не получишь.
Но почти сразу после окончания съемок меня пригласили играть в «Амбассадорз» в пьесе Эшли Дьюкса «Маска добродетели», которую для крупнейшего английского продюсера Сиднея Кэрролла ставил Максуэлл Рэй, причем играть главную роль!
– О, Ли, это слишком хорошо, чтобы быть правдой!
– Откажись, – спокойно пожал плечами мой супруг, которому совершенно не нравились ни съемки, ни репетиции.
Первые репетиции из-за бесконечных споров Рэя и Кэрролла были ужасны, режиссер считал, что мы играем легкую комедию, а продюсер – что вполне серьезный спектакль. Если честно, мне вовсе не хотелось комедии, я жаждала страдать. На мое счастье, победил Кэрролл (все же деньги давал он), и именно он диктовал видение главных ролей, в первую очередь моей, что очень не нравилось Рэю.