Записки русского тенора. Воспоминания, заметки, письма
- Автор: Орфёнов Анатолий Иванович
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Лань: Планета музыки
- ISBN: 978-5-8114-7024-2
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Записки русского тенора. Воспоминания, заметки, письма». Краткое содержание книги:
Книга не только «о времени и о себе» — она о современниках, о друзьях и недругах, о вечных ценностях, о любви к опере, о «тайнах мадридского двора» Большого театра времен Сталина, Хрущёва и Брежнева, о превратностях и подарках судьбы, о том, насколько важна в жизни артиста семья.
Предназначается широкому кругу читателей, интересующихся оперой и вокальным искусством, в том числе профессиональным и начинающим певцам, а также обучающимся пению и всем интересующимся музыкальным театром.
Анатолий Иванович и Костя Орфёновы на пароходе «Григорий Пирогов». 1982 год
Выпускник МАДИ Андрей Батуркин на военных сборах с родителями — Людмилой Орфёновой и Дмитрием Батуркиным. 1988 год
Андрей Батуркин с мамой Людмилой Орфёновой (справа) и тётей Любовью Орфёновой (слева) после концерта в Фонде культуры. 1998 год
Людмила и Любовь Орфёновы в Лувре. 2000 год
Любовь Орфёнова с сыном Костей. 1998 год
Ирина Миллер, поклонница А. И. Орфёнова из Казани, многолетний друг по переписке
Андрей Батуркин в роли Евгения Онегина (постановка К. С. Станиславского). Музыкальный театр имени К. С. Станиславского и Вл. И. Немировича-Данченко, 1990‑е годы
Итоги
Прожита долгая, интересная творческая жизнь. Вся она была так или иначе связана с пением и прежде всего с оперой. Я много знаю. Люблю оперу. На моих глазах приходили и уходили поколения певцов — от самых старших, которые пели ещё с Шаляпиным и Собиновым в прошлом столетии, до тех, появление которых я сам приветствовал как руководитель оперной труппы Большого театра или как музыкальный критик. Я видел ревнивые слёзы тех, кто завидовал юности и хотел бы «остановить мгновенье» не потому, что оно было прекрасно, а потому, что уносило годы удачных выступлений и приносило старость, несвежесть тембра, увядание таланта. И я видел торжество ОПЕРЫ — на самых разных этапах её развития: от Голованова и Пазовского до Герберта Караяна и Клаудио Аббадо, от Станиславского и Лосского до Покровского, от Федоровского и Николая Бенуа до Валерия Левенталя.
Я видел взлёты и падения. Но никогда никого не подталкивал из падающих вниз. Стремился скрасить трудные дни уходящих. Я проводил в последний путь Горького, Собинова, Станиславского, Сталина, Александра Пирогова, Обухову, Нежданову, Голованова, Хмелёва, Добронравова, дружил с Журавлёвым и Яхонтовым, Эугеном Сухонем и Борисом Штоколовым. Благословил и дал путёвку в жизнь многим молодым певцам. Одни из них (Атлантов, Образцова, Касрашвили, Мазурок) полностью оправдали надежды, другие даже «переоправдали», то есть пошли дальше, чем я предполагал (Нестеренко, Пьявко), третьи (Андрющенко, Райков, Денис Королёв) слишком рано остановились в своём развитии.
Я воспитал честных людей из моих детей. Помогал становлению в жизни своим внукам. И вот — скоро будет поставлена последняя точка. Это закономерно и этого я не боюсь.
Автобиография[53]
Как оптимист я не люблю оглядываться назад — люблю смотреть вперёд и ждать чего-то такого от жизни, чего я ещё не познал. Но позади такая интересная, счастливая жизнь, и невольно радуешься, что судьба послала мне столько запоминающихся встреч, которые достаются немногим избранным счастливцам. После голодного деревенского детства, когда я, будучи сиротой, без отца добывал себе на пропитание пением в церковном хоре, я попал в Москву, где учился профессии певца.
В театр поступил в 24-летнем возрасте. Но это был оперный театр, руководимый Станиславским и Собиновым. Пять лет я работал с выдающимся реформатором русской сцены. Станиславский репетировал со мной роли Ленского, Герцога в «Риголетто», графа Альмавивы в «Севильском цирюльнике», Юродивого в «Борисе Годунове» и Эрнесто в «Дон Паскуале». После смерти Станиславского театром руководил Всеволод Мейерхольд, с которым мне также пришлось работать, и я получил от него огромный запас театральных знаний. Эти мастера из мастеров привили мне строгость театральной этики, умение быть принципиальным в вопросах искусства, избегать компромисса. В Театре имени Станиславского я стал Заслуженным артистом РСФСР. Проработав там десять лет, был приглашён в Большой театр, и с 1942 года до сего дня вся моя жизнь связана с этой академией музыки.
Большой театр в глазах всего мира является символом русской культуры. Огромная ответственность лежит на артистах Большого театра. Постоянное присутствие на его спектаклях руководителей государства, важных иностранных гостей и строгой, но в то же время очень интересной публики, предъявляет к певцу повышенные требования. Да и сам репертуар Большого театра — различный и ответственный — заставляет певца всегда быть в форме. Здесь я встретился с выдающимися корифеями русского оперного искусства. Собинов, Нежданова, Обухова, Барсова, Рейзен, Пирогов, Михайлов стали моими учителями, а некоторые и партнёрами, давая нам, молодым тогда артистам, свои советы и дружеские наставления.
53
Написано в период между 1974 и 1980 гг., скорее всего в 1974/1975 (ред.).