Новое средневековье XXI века, или Погружение в невежество
- Автор: Кара-Мурза Сергей Георгиевич
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: ООО «Издательство Родина»
- ISBN: 978-5-00180-291-4
- Жанр: Культурология
Электронная книга - «Новое средневековье XXI века, или Погружение в невежество». Краткое содержание книги:
Сергей Георгиевич Кара-Мурза, выдающийся российский ученый, социолог и политолог, впервые провел полный и всесторонний анализ «нового средневековья» в своем фундаментальном исследовании, материалы для которого он собирал в течение тридцати лет. Здесь разбираются причины этого исторического явления, его характерные черты в политике, обществе, культуре, говорится о носителях и противниках новой средневековой идеологии. В книге приводится огромное количество фактического материала, основанного на сотнях различных источников.
Особая картина науки
В своих внутренних делах западное общество также породило немало проблем.
В медицине на Западе возникло глубокое противоречие: «ученый» стал теснить «врача». Очевидно, что основы действий этих двух фигур различны. Для «врача» важен сам пациент как целое, с его неповторимыми особенностями и биографией. Для «ученого» же пациент — объект изучения, несущий скрытую информацию о чем-то общем (болезни, реакции на лекарства и т. д.). Чтобы получить это позитивное знание, надо очистить его от индивидуальных черт.
Сейчас, когда многое сдвинулось в нашем сознании, нам трудно представить себе, что сравнительно недавно в медицинских кругах всерьез обсуждались результаты имплантации пациентам тканей удаленных у них же раковых опухолей.
В 1891 г. во Франции было два таких случая. В одном из них хирург, удалив рак грудной железы, имплантировал кусочек ткани в другую грудь пациентки. Его ожидания подтвердились: уже через два месяца возникла опухоль. При обсуждении этого результата был затронут и вопрос этики — хирург подсадил рак пациентке, находившейся под общим наркозом, не спрашивая ее согласия [355].
А рентгеновские лучи стали с энтузиазмом использовать в медицине, не зная их поражающего действия при высоких дозах облучения. Ученые отказывались признать очевидные факты участившихся при облучении заболеваний, не желая верить в возможность риска [354].
Это тяжелая проблема — особая свобода, и ее покрывало — капитализм. Конрад Лоренц писал в 1965 г.: «Ценности нельзя выразить в присущей естественным наукам терминологии количества. Одна из наихудших аберраций современного человечества заключается в распространенном убеждении, будто то, что невозможно представить в количественном измерении и выразить на языке так называемой “точной” науки, не имеет реального существования; отрицается реальность всего, что связано с ценностью, и отрицает ее человечество, которое, как прекрасно сказал Хорст Штерн, “знает цену всего и не знает ценности ничего”» [15, с. 33].
Относительно такой свободы от культурных структур лауреат Нобелевской премии К. Лоренц писал: «Функцией всех структур является сохранение формы и создание опоры, что, очевидно, требует пожертвовать определенной долей свободы. Червяк может согнуть свое тело, где пожелает, в то время как мы сгибаем его только в сочленениях. Но мы можем выпрямиться, встав на ноги, а червяк не может» [15, с. 306].
Нельзя не вспомнить проведенные в 1960-е годы в США эксперименты, продемонстрировавшие степень подчинения среднего нормального человека власти и авторитету (эксперименты Мильграма). Испытуемым предлагалось выполнять роль преподавателя, наказывающего ученика с целью добиться лучшего усвоения материала. Ученик находился в соседней комнате и отвечал на вопросы. При ошибке учитель наказывал его электрическим разрядом, каждый раз все более сильным (от 0 до 450 В с интервалом в 15 В). При разряде уже в 75 В учитель слышал стоны учеников, при 150 В — крики и просьбы прекратить наказания, при 300 В крики становились нечленораздельными. При этом руководитель не угрожал сомневающимся, а лишь говорил безразличным тоном, что следует продолжать эксперимент.
Перед этими опытами психиатры дали прогноз, согласно которому не более 20 % испытуемых продолжат эксперимент до половины (до 225 В) и лишь один из тысячи нажмет последнюю кнопку.
В действительности 80 % испытуемых дошли до половины и более 60 % нажали последнюю кнопку, приложив разряд в 450 В. Эти результаты сами по себе потрясают, но для нас здесь важен тот факт, что такое слепое подчинение наблюдалось в том случае, когда руководитель эксперимента был представлен испытуемым как ученый. Когда же руководитель представал без научного ореола, число лиц, нажавших последнюю кнопку, снижалось до 20 %. Авторитет науки заменил моральные нормы и табу [353, с. 68–72]. Необратимость со свободой несовместима.
Один тип свободы («свобода познания») неизбежно включает в себя опасность для многих других типов свободы. На деле речь идет о том, что в современной цивилизации установлена определенная иерархия типов свободы и ее распределения между людьми. Демифологизация понятия «свободы» неизбежно выводит на передний план понятие ответственности с требованием открытого изложения всех видимых ограничений и сфер неопределенности при принятии существенных решений.