Революция 1917 года глазами современников. Том 3 (Октябрь 1917 г. - январь 1918 г.) [FineReader 14]

170. Передовая статья газеты «Наш Век»

3 декабря 1917 г.

Петроград. 3 декабря.

Талантливые дипломаты Смольного сообщают о первой победе над «неопытными» в политике военными, представляющими интересы Германии и союзных с нею стран.

«Победа» значительная, разбивающая, по мнению Смольного, все обвинения в том, будто сепаратное перемирие с Германией является актом измены и предательства по отношению к нашим союзникам, на которых германцы обрушиваются ныне всей своей военной мощью. «После длительного обсуждения» германские «неопытные» генералы приняли русскую формулу о не переброске войск с Восточного на Западный фронт. Итак, военные интересы наших союзников охранены дипломатами Смольного, и не остается места «буржуазным» нападкам.

Увы, это утешительное сообщение Иоффе-Крымского 367 разбивается текстом самого пункта о переброске, который при всей своей лаконичности выставляет в истинном свете цену большевистской победы.

Из текста мы видим, что Германия и ее союзники обязываются не производить никаких оперативных воинских перебросок до 30 декабря. Этот срок и сам по себе весьма незначительный, особенно если иметь в виду, что в первоначальных предположениях шла речь о сроке не в несколько недель, а в 3 или 6 месяцев. Но и помимо этого «clausula» 368 о том, что оперативные воинские переброски, которые к моменту подписания договора были уже начаты, могут продолжаться, уничтожает всякое реальное содержание достигнутой победы.

Мы знаем, что вообще количество войск, которые Германия держала на нашем фронте, было весьма незначительно и до того, когда Ленин и Троцкий стали властителями России. После же октябрьского переворота германский штаб ввиду декрета о мире, истинный смысл которого был ясен для всех, мог смело подготовить план увести с фронта все то, что ему было нужно для сосредоточения сил на западе, оставляя на востоке минимальное количество. Если вообще германский штаб всегда отлично осведомлен о намерениях противников, то уже о всех предположениях России, о всех возможных условиях перемирия никаких тайн не было и, следовательно, штаб принял все необходимые меры для того, чтобы начать те перевозки, которые ему нужны для западного фронта.

Германские генералы в лице Гофмана были поэтому так легко побеждены Иоффе-Крымским и, приняв русское предложение, предусмотрительно ограничили запрет переброски только теми, которые не были начаты до подписания. Германцы давно начали эти операции, и операции были ими облегчены и октябрьским декретом о мире, и посылкой парламентеров с Шнеуром во главе, и, наконец, перерывом конференции после того, как г. Иоффе и товарищи в первый раз были в Бресте; времени для германского главного штаба подготовить и начать свои операции перевозки было достаточно. Теперь договор им дает возможность закончить то, что было начато.