Момент Макиавелли. Политическая мысль Флоренции и атлантическая республиканская традиция [Не менять название! Перенос части названия книги в это окно полностью удаляет эту часть названия из дескрипшена книги при скачивании!]

Поэтому нам надлежит прибегнуть к тем искусственным средствам, которые могут доставить промышленность и хорошая организованная торговля. Если мы сможем устроить так, чтобы никогда не воевать с другими странами, мы можем довольствоваться лишь Иностранной Торговлей, которая не только приносит деньги, необходимые для выплаты людям жалованья, но и воспитывает тех самых людей, которые должны нас защищать.

Человечество кормилось своим трудом и произведениями земли, пока коррупция не породила обман, алчность и силу; но когда сильные начали покорять более слабых и когда для поддержания силы понадобилось политическое правление, они строили города, проводили военные учения и утверждали свое господство, и когда таким образом множество людей оказалось замкнуто в более узком пространстве, они не могли удовлетворить всех своих потребностей тем, что имели в своем распоряжении, под рукой, поэтому они вынуждены были искать средств вдали от себя, и так родилось то, что мы именуем Торговлей, которая сначала представляла собой лишь обращение товаров. <…> [Далее следует фрагмент о происхождении денег.]

Правда, при создании великих империй едва ли принимались в расчет интересы торговли: их создала сила, и сила же поддерживала их существование, а все их богатство состояло из трофеев, добытых в завоеванных странах; мысли людей были заняты главным образом Войной и ее искусством, ибо они знали, что власть всегда притягивает к себе богатство, а железо добывает золото и серебро из других краев.

Торговля начала практиковаться, развиваться и обрела постоянные формы благодаря маленьким государствам, которых окружали соседи намного сильнее их самих, поэтому первыми торговцами, о которых мы читаем, были финикийцы, афиняне, сицилийцы и родосцы, и приносимая ею польза долгое время поддерживала эти республики в борьбе с очень сильными врагами1095.

Далее Давенант разъясняет, как великие империи поглощали торговые республики. В итоге все мировые богатства были собраны в одном месте – как и ограниченный человеческий запас virtù у Макиавелли – но теперь они рассеяны по свету, хотя им вновь угрожает новая универсальная монархия. Таким образом, становится ясно, что торговля, как и virtù, является преобразующей силой, которая нарушает естественный порядок – не вторую природу, от которой мы получаем в наследство наш сформированный традицией характер, а естественную экономику первобытной эпохи, в которой труд каждого человека удовлетворяет потребности другого индивида. Торговля и насилие находятся между собой в такой же связи, как курица и яйцо; точнее, если обмен и торговля пришли вослед грабежу и обману, и то и другое породила роскошь – стремление иметь больше, чем необходимо. Отношения между торговлей и коррупцией все более усложняются: торговля влечет за собой войну, война – долг (в конечном счете губительный для торговли); роскошь порождает, с одной стороны, грабеж или войну, с другой – обмен или торговлю, которая приносит деньги – используемые как наделенный воображаемой ценностью посредник обмена. В свою очередь, деньги, из золотой монеты превращаясь в оформленный на бумаге кредит, приводят к общественному долгу, а значит, и коррупции. Как следствие, торговля оказывается неразрывно связанной с конфликтом; это форма властных отношений между конечными и занимающими конкретное пространство республиками, одновременно причина и следствие их особого характера. Порождая маленькие республики, коммерция порождает свободу и процветание, но одновременно служит и причиной их упадка.