Элизабет Тейлор. Жизнь, рассказанная ею самой
- Автор: Тейлор Элизабет
- Год: 2012
- Язык: русский
- Год: Яуза-пресс
- ISBN: 978-5-9955-0446-7
- Переводчик: Наталья Павловна Павлищева
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Элизабет Тейлор. Жизнь, рассказанная ею самой». Краткое содержание книги:
Все в жизни Элизабет Тейлор было СВЕРХ – звездная карьера с четырех лет, всемирная слава «Королевы Голливуда», «новой Клеопатры», первой красавицы эпохи с колдовскими (одни на миллиард!) фиалковыми глазами, три «Оскара», восемь браков (два из них с Ричардом Бартоном), первый в Голливуде контракт на миллион долларов, самая дорогая (продана за 200 миллионов) коллекция бриллиантов… А еще – более 30 серьезных операций, перелом позвоночника, инфаркт, рак кожи, опухоль мозга размером с теннисный мяч, алкоголь и наркотики. «Я прекрасный пример того, через что может пройти женщина и при этом остаться в живых», – признается Элизабет Тейлор в своей сенсационной книге, где предельно откровенно рассказала обо всех страстях и грехах, горестях и радостях, ролях и мужьях и которую посвятила «Памяти моего сына Майкла Джексона».
Хотела бы я знать, что именно заставило «твердых» Скуроса и Вагнера не просто согласиться на мои условия, но и уступить куда больше, чем я вообще мечтала получить. Эдди сказал, что более хитрой женщины он не встречал. Я даже сейчас не могу понять, как умудрилась выторговать помимо того самого миллиона (столько не получала ни одна звезда Голливуда) еще 50 000 за каждую дополнительную неделю съемок, 10 процентов от будущей прибыли и 3000 долларов еженедельного содержания.
Вагнер хватался за голову и кричал, что я буду стоить дороже всех сумасшедших декораций и тысяч статистов для массовки, вместе взятых! Я рыдала, промокала глаза платочком и сквозь слезы шептала:
– Значит, не судьба, нам придется расстаться…
Звучало это так, словно Вагнер бросает меня с тремя детьми без гроша где-то в саванне на съедение диким зверям. Уолтер рвал на себе волосы, метался по кабинету, а потом орал:
– Согласен!
– Правда?!
– Черт возьми, я вылечу в трубу с твоими замашками!
Я изображала раскаяние, но стояла на своем. Договор был подписан. Случайно услышав, как Вагнер жалуется, что не смог устоять перед настоящим горем вдовы Тодда, которая не может сниматься на других условиях, я тихонько хихикала. Во-первых, я давно не вдова Тодда, а жена Эдди, которого держали на киностудии на ставке исполнительного продюсера, только чтобы он вовремя доставлял меня на съемки или брал на себя заботу о детях. Во-вторых, Вагнер забыл, что перед ним актриса, для которой сыграть отчаяние так же просто, как радость. Да, все-таки не зря мне дали «Оскара».
Итак, немного слез, немного порхания ресниц – и миллионный контракт подписан. Эдди ахнул от моей коммерческой хватки. Действительно, в сумме я получила за этот фильм не миллион, а целых семь миллионов и всемирную славу – четверть женщин всего мира разрисовали глаза стрелками до висков, «как у Клеопатры».
Но главное – я получила Ричарда Бартона.
Интересно, знай Эдди, к чему приведут съемки, стал бы так радоваться выгодному контракту? Наверное, стал, он всегда за меня радовался и принимал все, как есть, склоняя голову перед ударами судьбы (вроде Элизабет Тейлор).
Майкл, знаешь, в чем еще мы с тобой похожи? Глядя на нас, никто не скажет, что у нас жесткая коммерческая хватка, правда? А это так.
Можно не смущаться, так и должно быть. Разве коммерческая хватка это плохо, даже если она у красивой женщины? Я давно отучила предлагать себе гроши, приучила всех к подаркам (дорогостоящим), приучила к тому, что у меня все должно быть по высшему классу, в том числе на съемках. А почему нет? Я ведь работаю на площадке, а не загораю, к тому же я дорого стою. Тебя ценят ровно настолько, насколько ты ценишь себя сам, запросишь сотню долларов, столько и получишь, правда, чтобы запросить миллион, нужно либо понимать, что без тебя никак, либо обладать изрядной долей наглости (лучше и то и другое).
Я себе знаю цену давно, а потому платят много и условия обеспечивают.
Но сейчас речь даже не об этом. Я говорю об умении вовремя замечать источники дохода и пользоваться ими словно между делом.
Знаешь, в каком я была восторге, узнав, что ты выкупил права на песни «Битлз»! Молодец, это золотое дно, в мои годы (боже, я говорю, как старушка!), то есть когда снималась «Клеопатра», за песни этих нестриженых мальчишек не дали бы и цента, но мне бы в голову не пришло покупать такое.
Боже, как давно я живу на свете! Не слишком приятное открытие. Понять, что ты уже была звездой, когда битлы еще только настраивали свои гитары… нет, это не самое большое удовольствие. Лучше не будем рассуждать на эту тему. При упоминании своего года рождения у меня портится настроение. Я вовсе не старая кляча, может, и старая, но не кляча, или, наоборот, кляча, но не старая, я еще не решила, как лучше, над этим стоит подумать. У мужчин возраст не играет такой роли, как и красота, а вот нам, женщинам, куда труднее. Но я не жалуюсь и счастлива, что родилась женщиной.
Да, вернусь к своим коммерческим успехам. Кроме миллионного гонорара и приличных финансовых условий, я умудрилась выторговать у студии еще одну уступку, которая вовсе не показалась уступкой на первый взгляд. Но я-то знала, какой это Клондайк. Фильм снимали в системе Todd-AO, то есть в широком формате, разработанном Майком, права на который теперь принадлежали мне, как вдове.