Султанат Оман. Легенды, сказания и факты истории

На необходимость тщательной проработки вопроса об открытии в Маскате консульства Российской империи граф В. Н. Ламздорф указывал послу в Константинополе И. А. Зиновьеву в письмах трижды (21 января, 11 марта и 2 апреля 1904 г.)[464]. Находясь в Маскате и отстаивая интересы России, русский консул мог бы, как полагал граф В. Н. Ламздорф, оказывать также «нравственную поддержку султану». И сдерживать тем самым «беспрепятственное хозяйничанье» англичан в этом важном стратегическом пункте, лежащем на морских торговых коммуникациях , идущих в Персидский залив, Красное море, Южную Персию и в Индию[465].

Соображения графа В. Н. Ламздорфа насчет целесообразности учреждения консульского поста Государства Российского в Маскате И. А. Зиновьев, курировавший в то время работу российских дипломатических миссий в зоне Персидского залива, разделял. Вместе с тем, к идее министра иностранных дел насчет «российского противовеса» сложившемуся в данном районе вообще и в Маскате в частности «преобладающему политическому влиянию Англии» относился критически. Находил претворение такой идеи в жизнь делом маловероятным[466]. Обращал внимание на то, что договоры, заключенные англичанами и с Маскатом, и с правителями шейхств Договорного Омана, поставили их в зависимое от Англии положение. И что английский политический резидент в Бушире, имевший в своем распоряжении отряд базировавшихся в Персидском заливе боевых кораблей и широкую сеть агентов, гласных и негласных, плотно контролировал ситуацию и в самом Омане, и шейхствах Договорного Омана, и в зоне Персидского залива в целом. Внимательно следил за исполнением султаном Маската и правителями шейхств подписанных ими договоров и взятых на себя обязательств, и в первую очередь в части, касавшейся их сношений с внешним миром[467].