Марина Цветаева — Борис Бессарабов. Хроника 1921 года в документах. Дневники Ольги Бессарабовой. 1916—1925
- Автор: Громова Наталья Александровна
- Год: 2010
- Язык: русский
- Год: Эллис Лак
- ISBN: 978-5-902152-83-5
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Марина Цветаева — Борис Бессарабов. Хроника 1921 года в документах. Дневники Ольги Бессарабовой. 1916—1925». Краткое содержание книги:
Дан развернутый комментарий, приведены редкие, впервые публикующиеся фотоматериалы.
Майя очень позвала к себе — вечером у нее будет Андрей Белый. А вечером я заслушалась фисгармонию — Алекс<андр> Викт<орович> играл Тангейзера[646], а потом свою композицию. Я заслушалась и забыла пойти к Майе. И почему-то и не хотелось встретить А<ндрея> Белого именно у Майи.
Трудно было, ой, труднехонько было мне не дать знать, не позвонить в дом у Красных ворот.
Последнее время — после книги Пришвина «За волшебным колобком» — читала книги о путешествиях — Северный полюс, Южный полюс, Африка, Индия, Дальний Восток, Япония, Италия.
Зине. Ты просишь рассказать тебе о санатории, об окружении, о работе, о детях?
Дети — больные костным туберкулезом. Всех возрастов — от малышей трех лет до 15–16. Больше детей пролетарских, но есть и другие. Есть дети и с голодного Поволжья. Есть дети «обреченные», есть и с надеждой на выздоровление, есть и совсем уже выздоравливающие. Все прикованы к постелям. Почти все лежат на спинах в гипсовых формах, сделанных по форме искривленного горбатого тела и ног. Некоторым разрешается ложиться на живот во время еды и занятий (по школьной нормальной программе). Все дети привязаны к своим постелям особыми приспособлениями «фиксаторами», бинтами, гипсовыми корсетами. И изо всех этих систем и фокусов этих корсетов и сетей наши ребята ухитряются выскальзывать и стремятся ходить не только на ногах и руках, но и на голове, и вверх головой, что одинаково катастрофически нельзя. Кормят ребят более чем хорошо — изысканно, обильно, прекрасно приготовленное все поварами и кухарками высокой квалификации. Особое, усиленное питание — очень внимательное и разнообразное — одно из условий лечения. Чистый воздух, солнце, питание, неподвижность больных мест тела, «хорошее настроение» — занятость интересующими детей занятиями, играми, работой, книгами — все это на высоком уровне и помогает лечению.
Главный доктор санатория — замечательный человек, самоотверженный работник, прекрасный целитель, врач, доктор. Дети почти все, за исключением очень уж тяжко больных («обреченных»), жизнерадостны, живы, шаловливы. Дефективных очень мало. И довольно много прогенеративных, одаренных, повышенно развитых. В моей группе на 19 человек — только одна недоразвитая для своего возраста девочка. У нее ужасная семья. Отец — наркоман, часто лечится на Канатчиковой даче, кажется, из следователей, явно больной человек, обожающий свою девочку. Он посещает ее, всегда заваливая дочь игрушками, всякими подарками и сладостями, которые здесь не нужны — их и так много для детей. Девочка очень добра. Раздает детям все свои гостинцы и подарки, замечает все беды и огорчения детей, плачет, когда у кого что-нибудь очень болит.
Дети все очень хрупки здоровьем, несмотря на свой цветущий вид — загорелые все, хорошо упитанные, на вид здоровые. Поражающе терпеливо переносят страшные свои «процессы» болезни — гнойники, раскрытые раны, «закрытые очаги». Некоторым делают операции (ряд операций), вскрытия, надрезы, уколы, перевязки, и легкие, и мучительно трудные. У моих детей, в моей группе нет открытых ран.
Все внимание всего медицинского и обслуживающего персонала санатория обращено на спокойствие и неподвижность их лежания — в некоторых случаях особая форма легкой гимнастики для здоровых рук, ног. Некоторые дети лежат годами. И устроены для них школьные занятия по нормальной программе, а с малышами — занятия по их возрасту — дошкольные. Старшим из моих детей — 7–8 лет. Младшим — 5–6 лет. А 3-4-хлетние в отдельной группе Панны Алексеевны Пальминой. Иногда и мне приходится дежурить у них.
Тяжело знать о дальнейшей судьбе большей части детей. Многие из приютов. После выздоровления они растасовываются всюду, где оказываются для них свободные места, некоторые и в инвалидные дома. И после исключительно высокого уровня условий жизни в санатории (питание, занятия, внимание к ним) они попадают кто куда. И не раз я слышала, как 5—7-летний философ и сообразительный человек говорит, что он и не хочет выздоравливать, так зачем же ему лежать прямо или есть котлету, когда он ее не любит.
Какое у меня жалование, заработная плата? Не знаю точно. В этот месяц получу 3½ червонца. Из каждого месяца жалования всякие вычисления — какие-то и золотые, и другие займы, союзы…
646
«Тангейзер» — опера немецкого композитора Рихарда Вагнера (1813–1883).