«Священные войны» Византии [publisher: SelfPub]

И здесь Анастасий II проявил завидное мужество и опытность в деле. Он решил предупредить арабов и составил план нападения на арабский флот. Согласно диспозиции, все фемы должны были направить свои военные отряды на остров Родос, где собирался римский флот во главе с генеральным логофетом Иоанном. По плану византийцам надлежало напасть на арабские корабли, пока те еще не подготовились к походу, и сжечь их, расстроив сухопутные силы мусульман на берегу.

Стратегия царя была блестящей, вызвала одобрение всех военачальников и наверняка сулила успех, но в дело вмешалось новое обстоятельство. В силу неведомых причин войско фемы Опсикия, давно уже не напоминавшее армейскую часть, отказалось повиноваться императору Анастасию II. Есть предположение, что бунт был вызван тем, что их вождь, лишивший Филиппика царского трона, погиб от рук ближайшего окружения Анастасия II[1061].

Во всяком случае, солдаты зарубили мечами генерального логофета и покинули остров Родос. Они уже доплыли до гавани Адраммития, когда решили объявить свое непослушание государственным переворотом и поставить во главе Римского государства нового императора.

Видимо, не поделив между собой этот высокий, хотя еще и недосягаемый пост, мятежники остановили свой взор на первом попавшемся чиновнике, не имевшем к ним никакого отношения – сборщике податей в феме Опсикия Феодосии III. Тот, человек простой и скромный, бросился в горы в поисках спасения от этой незаслуженной чести, но солдаты поймали его и провозгласили императором[1062]. Затем мятежная армия вернулась в свою фему и взбунтовала все население, причем к восставшим присоединились проживавшие здесь натурализовавшиеся потомки готов, которых называли «готогреки».

Император Анастасий II с большим хладнокровием встретил известие о новом бунте, поручив охрану Константинополя верным людям и выстроенному им флоту, а сам переехал в Никею, чтобы оттуда руководить обороной. Тем временем мятежники заняли Хрисополь и оттуда почти 6 месяцев вели морские бои с имперским флотом вблизи Константинополя. Феодосий, волей обстоятельств вынужденный стать во главе мятежной армии, действовал на удивление разумно и проявил талант полководца. В какой-то момент он сумел использовать ошибку осажденных константинопольцев и, переправив свою армию на фракийский берег Босфора, подошел к сухопутным стенам столицы.

Как обычно, кто-то из горожан предал сторонников законного императора и открыл бунтовщикам ворота. Мятежники проникли в город и овладели им, предаваясь безжалостному грабежу и насилию над жителями[1063].

Став правителем города, Феодосий, однако, не решил еще проблему преемственности трона. С этой целью он обратился к посредничеству Константинопольского патриарха св. Германа (715—730) и отправил вместе с ним в Никею к императору Анастасию II всех его бывших офицеров, захваченных в плен. Безусловно, это был акт чести, поскольку Феодосию не составляло никакого труда продолжить наступление и физически лишить Анастасия II царского трона. Но и император проявил добрую волю: не желая разжигать гражданской войны, заботясь об интересах своих подданных, он сложил с себя сан императора, выпросив для себя лишь одно условие – разрешение принять монашеский постриг и право жить в выбранном им монастыре в Фессалониках. Феодосий, конечно, согласился, и царствование императора Анастасия II прекратилось[1064].