В центре колеса баланса, или Борьба с последствиями

Постепенно я стал разговаривать вслух. Сначала – с костром и лесом, а ближе к полуночи принялся предъявлять претензии самому Богу. Неужели я заслужил такое отношение к себе? Неужели так сложно отсыпать мне немного удачи? Дать простого человеческого счастья? Почему я все время должен за него бороться? «Где твоя любовь, Бог? Почему ты не можешь просто взять и поговорить со мной? – кричал я в промежутках между глотками вина. – Знаешь что, Бог, если тебе насрать на меня, то и мне на тебя тоже! С самого моего детства ты только то и делаешь, что издеваешься надо мной. Ты невзлюбил меня с младенчества. Мое детство прошло среди алкоголиков. Надо мной издевались в школе, в пионерском лагере. Я судился с собственным отцом. И я всегда оказывался во всем виноват. Где эти твои помощники? Как их там… Чем вы там вообще занимаетесь? Да, ты дал мне пожить немного. Дал почувствовать вкус свободы. Позволил ощутить, что такое быть в центре внимания, что значит, когда тобой восхищаются. И все забрал! Может, хватит издеваться надо мной? Верни все как было! Ты слышишь меня? Что мне сделать, чтобы ты поговорил со мной? Застрелиться?»

Я выпалил все это одним махом. Странно, но после этого монолога меня потянуло в сон. То ли пятая бутылка вина была лишней, то ли костер меня уморил, то ли все вместе, но я стал проваливаться в забытье. Не помню уже как, но все еще с бутылкой и ружьем в руках я оказался в машине. Наверное, я так бы и уснул, если бы не голос. Он прозвучал у меня в ушах:

– Измени свой образ жизни!

Я подскочил так, что ударился головой о потолок салона. Схватил ружье и стал вглядываться в темноту. За окном моей девятки стеной стоял ливень, царила кромешная тьма. И никого. Сердце выпрыгивало из груди. Вытерев слюни и сопли, набравшись смелости, я вывалился из машины. Размахивая ружьем, я обошел ее со всех сторон и никого не обнаружил. Сонливость и хмель развеялись. Голову будоражили странные мысли. Вы только представьте мой испуг! Глухая местность, вокруг ни души. За два дня возлияний я не увидел даже намека на человеческое присутствие. Ночь, кромешная тьма, ливень – и вдруг этот голос… Он был громким, но не кричащим. Он был человеческим, но не земным. Он был суровым, но любящим. Он был строгим, но готовым понять. Его невозможно описать. Такое не могло почудиться. Меня трясло от испуга, но не от страха. Страха не было вовсе. Наоборот, после этого голоса во мне как будто исчезли все страхи. Впервые за долгое время я ощутил покой.