В долине смертной тени [Эпидемия]

— Конечно, получится, — согласился Азаров.

— Тогда познакомься с моей подругой — Соланж Жобер. А это мой брат, Алексей, — перешел на английский Святослав. — Он главный оппозиционер страны, мужественно борется с нынешним режимом.

— Это правда? — удивилась француженка. — Я не знала, что у Святослава такой замечательный брат.

— Святослав преувеличивает, я один из оппозиционеров. А кто главный в стране в этом качестве не ясно. Уж точно я на эту роль не тяну. Скорей всего такого человека, к большому сожалению, просто не существует.

— Как такое может быть? — недоумевающе посмотрела на него Соланж. — Если есть оппозиция, всегда должен быть тот, кто ее возглавляет. У нас всегда так.

— У вас, да, а у нас по-другому.

— Я все больше убеждаюсь, что в России все иначе, — сморщила лоб женщина. — Почему так? Я спрашивала у Святослава, но он не хочет отвечать. Может, это сделаете вы?

Братья переглянулись.

— Это не просто, мадам Соланж, — ответил Алексей. — Я должен подумать. Может быть, позже попытаюсь вам ответить. Мы привыкли к парадоксам своей страны. И когда иностранцы просят их объяснить, это вызывает затруднение.

— Может, достаточно говорить на эти темы, — вмешался в разговор Святослав. — Предлагаю выпить за встречу.

— Я только — за, — откликнулся Азаров.

— Тогда за нас!

Все трое чокнулись и выпили.

— Давайте сядем на этот диван, — предложила Соланж. — Я хочу вас, Алексей, кое о чем расспросить.