Фаворские. Жизнь семьи университетского профессора. 1890-1953. Воспоминания
- Автор: Фаворская Татьяна Алексеевна
- Год: 2019
- Язык: русский
- Год: Санкт-Петербургский государственный университет
- ISBN: 978-5-288-05890-5
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Фаворские. Жизнь семьи университетского профессора. 1890-1953. Воспоминания». Краткое содержание книги:
Для широкого круга читателей, интересующихся историей России и российской науки.
Гибель Наташи Чичибабиной произвела очень тяжелое впечатление на всех студентов-практикантов. Ирина написала нам об этом, этот случай был даже описан в газетах. По окончании практики Ирина должна была, не заезжая в Ленинград, ехать в Туапсе, а оттуда — в Джубгу, место между Туапсе и Геленджиком, расположенное на берегу Черного моря, которое нам расхвалили и где мы хотели проводить это лето. Мы с Марией Маркеловной и Алешей должны были выехать в Туапсе из Ленинграда на несколько дней раньше Ирининого отъезда из Москвы.
Мы приехали в Туапсе удачно, в тот же день сели на пароход и отправились в Джубгу. Приехав туда, мы быстро устроились, нашли две комнаты в маленьком домике, окруженным небольшим, но тенистым садом, напились чаю, закусили дорожным припасами и отправились на разведку, узнавать, где столовая, чем торгуют на базаре. Результаты были самые неутешительные: в столовой — постный суп, вода и капуста, на базаре — ничего. Это был 1930 год, начало коллективизации. По решению свыше в Джубге полагалось сеять сою и ничего больше. Поля, как мы убедились, были покрыты чахлыми всходами сои вперемежку с сорняками, прополкой которых никто не занимался. После обеда в столовой мы все чувствовали голод и мечтали о том, как мы дома подкрепимся оставшимися запасами, в особенности рассчитывали при этом на взятую в дорогу банку килек.
Придя домой, мы убедились, что банка эта имела подозрительный вид, основательно вздулась. Мы все же решили рискнуть, но как только мы пробили в ней дырку, оттуда брызнула струя рассола, и понесся такой ужасный запах, что невозможно было держать банку в комнате, пришлось спешно закопать ее в саду, даже на свежем воздухе чувствовался этот отвратительный запах. Итак, наши расчеты на кильки рухнули. Мария Маркеловна с тревогой убедилась, что наши запасы скоро иссякнут, а впереди не было никакой надежды на улучшение продовольственного вопроса. Тогда она стала расспрашивать хозяйку и соседей, куда бы нам податься, где дело с питанием было бы не так безнадежно, как в Джубге. Все в один голос посоветовали нам поехать в Архипо-Осиповку — станицу, расположенную на берегу моря несколько ближе к Геленджику. «Там поблизости есть чешские колонии, есть базар, голодать не будете.»
Мы с Марией Маркеловной решили все-таки съездить посмотреть, как там на самом деле обстоит продовольственный вопрос, а вещи оставить в Джубге под присмотром Марины и Алеши. Оставили им еды и отправились. Оказалось, что соседи нас не обманули: обед в столовой в Архипо-Осиповке был вполне приличный, на базаре торговали овощами. После непродолжительных поисков мы сняли комнату в домике, расположенном почти на самом берегу моря у четы чехов по фамилии Чубрик. Хозяйка — Екатерина Вячеславовна — статная, красивая средних лет женщина, обещала нам вскоре сдать вторую комнату, из которой должны были выехать двое греков.
Комната эта была в небольшой пристройке, где в другой комнате жили сами хозяева. В одном доме с нами жила дачница Ольга Ивановна Волковицкая с четырехлетним сыном Кирюшей. Между двумя домиками был утроен навес, под которым была расположена летняя кухня — плита и стол. За забором был небольшой огород, в котором гроздьями висели темно красные помидоры и виднелись другие овощи. За домом был хлев, где помещалась корова, а рядом с ним — небольшой хлевушок, где жила большая откормленная свинья — Машка. Вернувшись в Джубгу, мы наняли большую телегу, на которой возят снопы, с наклонными решетчатыми стенками, погрузили туда вещи, уселись сами и отправились. Без нас Марина с Алешей гуляли по Джубге, покупались в море, побывали в ШКМ (школе крестьянской молодежи), пообедали в столовой. Ирине мы оставили письмо и договорились, что ее отвезут в Архипо-Осиповку.
Когда мы проезжали на нашей телеге по улице Архипо-Осиповки, мы встретили доктора Турского, лечившего Марию Маркеловну и детей, когда они жили в Усадищах. После отъезда Марии Маркеловны из деревни он недолго пробыл в Надбейте и переехал в Лугу, где и раньше жил с матерью и сестрами. Он разошелся с Марией Степановной и стал опять жить с матерью. Теперь он оказался в Архипо-Осиповке в качестве врача в санатории Центросоюза, санаторий этот был расположен не в самой станице, а на горе, минутах в двадцати ходьбы. Андрей Эдуардович узнал Марию Маркеловну, приглашал заходить.