Царь горы [СЛЭШ 18+!]

Что-то сделало его честнее. Гарри понятия не имел, сколько должно пройти времени, чтобы утихла тоска, поселившаяся внутри. Подспудно он ощущал, что даже годы не уничтожат её, разве что притупят, а больше всего он боялся, что это не пройдёт никогда. И он мучительно изобретал себе новые и новые причины, зачем идти дальше, цепляясь за свою гордость, которая одна только теперь и не позволяла ему окончательно сдаться и пополнить собой ряды побеждённых.

Гарри так никуда и не уехал, продолжая сидеть в машине и рассматривать на другой стороне дороги оплетающие столбики перил металлические лозы винограда, чёрную дверь и тёмные окна второго этажа. Сердце его сильно забилось, и горячая кровь бежала по телу. Делалось то сладко, то страшно — он уже не замечал, что впивался взглядом в конец пустой улицы в ожидании, надеясь, что сможет хотя бы увидеть Северуса. В машине не сиделось. Гарри хотел выйти и размяться, но он боялся, что появится Северус и заметит его, посмотрит неприязненно, с трудом скрывая желание, чтобы Гарри провалился сквозь землю. И когда он стал таким трусом? Гарри прерывисто задышал, опустил голову на руль, а когда открыл глаза, увидел, как в конце улицы припарковался чёрный автомобиль, небольшой и довольно старой модели.

Гарри сжал руль изо всех сил. Дыхание участилось ещё сильнее, и бросило в жар. Северус вышел из машины и теперь неспешно шёл в сторону дома. В руках он нёс футляр со своей рабочей скрипкой, и Гарри, полный какого-то отчаянного мазохизма, разглядывал его руки в перчатках, его бледное лицо, поднятый воротник чёрного пальто. Страсть точила его как червь, он хотел выскочить из машины и броситься к Северусу, схватить его, прикоснуться к нему, всколыхнуть его спокойствие. Северус вдруг чуть повернул голову и взглянул вроде как прямо на него. Гарри знал, что Северус не мог его видеть: машина была зеркально тонирована, а мотор он выключил. Сердце вдруг стало огромным и заколотилось во всём теле: в горле, в голове, в ногах, в руках, даже глаза, казалось, стучали и пульсировали, и Северус на мгновение исчез. Всё сменилось чёрной пеленой, и секунду спустя фонари снова осветили улицу.