Е. П. Блаватская. История удивительной жизни [litres]
- Автор: Крэнстон Сильвия
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: 5 редакция (БЕЗ ПОДПИСКИ)
- ISBN: 978-5-04-161038-8
- Переводчик: Е. Голубовская
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Е. П. Блаватская. История удивительной жизни [litres]». Краткое содержание книги:
В формате PDF A4 сохранен издательский макет.
Иногда в нём было много членов, в другое время – мало. Оно росло и слабело, затем опять росло, люди приходили и уходили; а я чувствовал внутреннее удовлетворение, поскольку все они в какой-то степени соприкасались с идеями теософии. У меня не было собственной доктрины, ничего, кроме трудов Е. П. Блаватской, У. К. Джаджа, Бхагавад-Гиты, Упанишад, Патанджали и пары других священных писаний… Я приложил все усилия к тому, чтобы сохранить учение Е. П. Блаватской и У. К. Джаджа в первозданном виде[1104].
Рассел вызвал расположение стольких людей по той причине, что он жил в соответствии со своей философией. В 1935 г., после его смерти, «Айриш Таймс» сообщила, что процессия скорбящих, которая сопровождала Рассела к месту захоронения, растянулась более чем на милю. Саммерфилд пишет:
Одна женщина, очевидно несостоятельная, положила на могилу роскошный букет цветов. Она была служанкой в его доме в первые годы его семейной жизни и «попала в беду», и вместо того, чтобы рассчитать её, он позаботился о ней. Когда её спросили о причине такого дорогого подарка, она заявила: «Я бы умерла за него»[1105].
Сложно найти двух людей, более несхожих по темпераменту, чем Æ и Джеймс Джойс, и всё же, когда в 1902 г. последний решил заявить о себе в литературных кругах Дублина, он первым делом представился Расселу. Ричард Эллман рассказывает об этом в биографии «Джеймс Джойс».
Рассела не было дома, когда Джойс постучал в его дверь одним поздним вечером в начале августа. Со слов Эллмана:
Не дождавшись ответа на стук, он начал ходить по улице туда-обратно, пока Рассел не вернулся. К тому времени наступила полночь, но, не желая сдаваться, Джойс постучал в дверь и спросил, не согласится ли Æ поговорить с ним, несмотря на поздний час. «Никогда не поздно», – отважно ответил Рассел и впустил его. Они уселись, и Рассел вопросительно посмотрел на Джойса. Поскольку у Джойса возникли трудности с объяснением цели визита, Рассел немного поговорил на отвлечённые темы, а затем спросил: «Ну что же, Вас осенило?» Как выяснилось, нет.
Рассел объяснил Джойсу, что его жизнь состоит из трёх частей: экономики, литературы и мистицизма. Быть может, Джойса интересовала экономика?[1106] Нет, дело было не в этом. Наконец Джойс робко сказал то, что заранее подготовил как смелую наступательную речь. Он предположил, что в Ирландии мог появиться аватар. Вероятно, он имел в виду себя, но Рассел понял его слова так, что при виде хозяина, удобно расположившегося в кресле с трубкой, Джойс решил, что перед ним уж точно не аватар. Однако тот остался и проговорил несколько часов.
Эллман утверждает, что основной причиной, по которой Джойс разыскал Рассела, было то, что «он обладал массой полезной информации о восточной философии и к тому же мог познакомить его с другими писателями». Они заговорили на тему теософии, и «хотя Джойс был настроен к теософии недоверчиво, считая её прибежищем нелояльных протестантов… всё же его заинтересовали такие теософские темы, как циклы, реинкарнация, преемственность богов и извечная первичная вера, которая лежит в основе всех преходящих религий».
Затем они перешли к обсуждению дублинских писателей:
[Джойс] признавал за Расселом одно или два лирических стихотворения, но сетовал, что поэзия Йейтса была простым набором слов. Обо всех других он тоже отзывался пренебрежительно. По настоянию Рассела он прочитал собственные стихотворения, предварительно дав ему понять, что ему всё равно, что Рассел о них подумает. Рассел сказал, что стихи не плохи, но посоветовал ему уходить от традиционных и классических форм.
Позже Джойс в отместку последовал этому совету, когда писал романы.
В конце концов Рассел сказал (о чём он позже вспоминал с неизменным удовольствием): «В вас недостаточно хаоса для того, чтобы создать мир»[1107]. Однако к тому времени, как был написан роман «Улисс», в Джойсе уже было достаточно хаоса для того, чтобы полностью и безвозвратно перевернуть мир западных писателей! Даже те, кто не любит Джойса, не могут его не замечать. «Из-за него стало невозможно пренебрегать выбором слов», – отмечает Тед Муни[1108]. Æ говорил: «Я с ужасом думаю об этой знаменитой книге, „Улиссе“, которая является крайней степенью реализма, но вместе с тем я испытываю к ней почтение. Если бы Джойс написал Чистилище и Рай к тому Аду, который представляет из себя „Улисс“, то это стало бы одной из величайших работ в литературе»[1109].
1104
Pryse J., Russell G. W. Poet of the Inner Life, The Canadian Theosophist, август 1935. Bowen, Æ and Theosophy, The Aryan Path, декабрь 1935, c. 722–726.
1105
Summerfield, The Myriad-Minded Man, c. 285.
1106
Другими словами, были ли ему нужны деньги или, быть может, работа? В то время Рассел ещё не работал в сельскохозяйственной отрасли, и ему приходилось корпеть в магазине тканей в Дублине.
1107
Эллман Р. Джеймс Джойс. – Нью-Йорк, Нью-Йорк: Oxford University Press, 1959. – с. 102–103.
1108
Joyce А. There’s No World Without Joyce. The New York Times, 31 января 1982, Е9.
1109
StatesmanI., 21 ноября 1925. The New York Times, 27 февраля 1928.