Идеология русской государственности. Континент Россия [litres]
- Автор: Мостовой Петр, Куликов Дмитрий Евгеньевич
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Питер
- ISBN: 978-5-00116-621-4
- Жанр: История
Электронная книга - «Идеология русской государственности. Континент Россия [litres]». Краткое содержание книги:
Авторы утверждают, что идеология, запрос на которую сегодня общепризнан, является опирающимся на историю прикладным знанием, которое обеспечивает практическое понимание хода социальных процессов, сознательное успешное участие в них, включая политическую активность. Для авторов идеология – выученный урок истории России, её народа и государства в их взаимоотношениях, русская цивилизационная стратегия.
На этой основе книга отвечает на вопросы: кто мы, откуда и куда идём, каким должен быть ответ России на вызовы современности, какое место в меняющемся мире она способна занять.
Второе издание дополнено новым разделом, посвящённым конституционализму и его историческому развитию в России, а также Лексиконом идеолога – тезаурусом основных понятий идеологического мышления.
2-е издание, дополненное.
Горбачёв верил в «общечеловеческие ценности», в наступивший «мир во всём мире» (а к чему ещё его должна была подталкивать «разрядка», начатая совсем не им, но им, по его мнению, триумфально завершённая). Ельцин верил в демократию как в инструмент, который даст ему личную власть в ситуации, когда государство слабо и властвовать неспособно. Путин же верил собственно в Россию. Без этой веры русский государь не может исполнять свою миссию. Уйдя на четыре года с позиции президента России и занявшись неотложными мероприятиями по налаживанию нового хозяйственно-экономического порядка и перевооружению, Путин понимал, что угроза подрыва России изнутри принципиально преодолена и теперь нужно решить неотложную и традиционную задачу предотвращения угрозы извне.
Путин обоснованно решил, что россияне, русский цивилизационный народ, уже в состоянии сами оценить «феномен девяностых», что необходимый институт взаимного доверия власти и народа восстановлен, а значит, опираясь на это доверие, власть может и должна сделать то, что может сделать только она, организовать оборону. То, что военный фактор будет ключевым в самом ближайшем будущем, подтвердили два эпизода периода 2008–2012 годов. Разгром Ливии силами её «друзей», в который (в отличие от последовавшего сирийского эпизода) Россия не могла и не стала вмешиваться. И война Грузии против Южной Осетии, которая была пресечена Россией в течение пяти дней, а «мировое сообщество» (США вместе с их западной клиентелой) вынуждены были уже год спустя признать правомерность российских силовых действий.
США, считающие, что они уже пришли к мировому господству, просто это ещё не всем очевидно, восприняли уход Путина в период 2008–2012 на второй план не как акт ответного доверия Путина народу (чем этот акт, собственно, и являлся), а как подтверждение капитуляции «путинского режима», продолжающей общую капитуляцию КПСС, СССР и России в 90-е (как её понимали США). Как попытку Путина мягко уйти со сцены, договориться, «избежать последствий», подобных судьбам Саддама Хусейна и Муаммара Каддафи. Ведь если бы Путин «хотел остаться», он «просто» изменил бы Конституцию, пошёл бы по пути Лукашенко, Назарбаева, Алиева (Алиевых), Рахмона (Рахмонова), Туркменбаши, Ниязова. Значит, понял, кто в доме хозяин. Естественным для такого сценария было сделать ставку на Медведева, поддержать его избрание, превратив во второго, сильно улучшенного (для США) Ельцина – без закидонов, патриотических издержек и личной власти, переформатировав его из менеджера Путина в менеджера американского Госдепа.
Эта концепция вызвала плохо скрываемое воодушевление у всей «элиты» времён ельцинского правления, отставленной от политического влияния, но вовсе не от источников дохода и тем более никак не репрессированной. Вся эта среда стала активно готовиться к смене режима, новой приватизации и радикальным мероприятиям по политическому и экономическому ослаблению России с непременным личным превращением в новых долларовых миллиардеров. Впереди забрезжило повторение «счастья девяностых» – для тех, кому они стали счастьем. Тезис необходимости «возврата к политике девяностых» даже формулировался некоторыми «ожидающими» как публичный идеологический тезис – для эффективного объединения в политическую силу. То, что населению, народу он никак не мог понравиться, реваншистов не смущало – кого из «демократов» когда останавливало мнение народа? Куда он денется? Чрезвычайно популярным – вплоть до самогипноза – в этой среде стал ходячий рассказ о том, как именно Путин «устал» от государственной деятельности и насколько сильно он хотел бы погрузиться в личную жизнь, уйти на пенсию. Все эти глупости широко пропагандировались непосредственно вплоть до момента, когда было официально объявлено, что Дмитрий Медведев в президенты не пойдёт, а станет лидером (!) путинской (!) «Единой России».