На сибирских ветрах. Всегда тринадцать
- Автор: Бартэн Александр Александрович
- Год: 1983
- Язык: русский
- Год: Советский писатель. Ленинградское отделение
- Жанр: Советская классическая проза
Электронная книга - «На сибирских ветрах. Всегда тринадцать». Краткое содержание книги:
Роман «На сибирских ветрах» посвящен людям молодого, бурно развивающегося города Новинска, за четверть века поднявшегося среди вековой сибирской тайги. Герои романа — рабочие, инженеры, партийные и советские работники, архитекторы, строящие город, артисты Народного театра. Люди разных специальностей, они объединены творческим отношением к труду, стремлением сделать свой город еще красивее. Большое место в жизни молодых героев романа занимает искусство — оно помогает им жить яркой, наполненной жизнью.
Тема искусства становится основной в романе «Всегда тринадцать». Писатель показывает пути, которыми приходит молодежь в цирк, — заводские кружки, спорт, самодеятельность, цирковое училище. В романе раскрыта красота будничного труда артистов, безраздельно преданных своему искусству.
И в тот же миг Сагайдачный вдруг почувствовал нечто мешающее, нечто такое, что все превращало в неправду, в фальшь. Попытался пересилить себя. Нет, не смог.
— Извини, Аня. Невозможно душно... Ты лежи, а я у окна подышу!
Поднялся, накинул халат. Приотворив окно, различил сплошную дождевую рябь на площади. И ни души. Только раз возник пешеход — один-одинешенек, бегущий сломя голову, как будто спасаясь от погони. Скрылся в темноте.
Со всех сторон темнота. И небо без единой звезды — глухое, льющее, от вспышки до вспышки непроницаемо темное.
Анна приподнялась на локте, метнулась и замерла. Слезы проступили сквозь ее сомкнутые веки.
Лило и за окном, возле которого стоял Казарин.
— Уж и не знаю, что подумать, Леонид Леонтьевич, — обеспокоенно встретила его Ефросинья Никитична. — Жанночка под вечер забегала, предупредила, что заночует, а нет до сих пор. Где задержаться могла?
— Ложитесь спать, Ефросинья Никитична, — предложил Казарин. — Я открою Жанне. Все равно не скоро лягу — бессонница одолевает.
Не зажигая света, раскрыл окно в сад. Пахнуло чистой свежестью, острым запахом мокрых листьев.
«Жанна! — беззвучно произнес Казарин. — Жанна!»
Дождь подходил к концу. Он уже не был сплошным, распадался на отдельные звуки. Стало слышно, как журчит водосточная труба, как падают капли, стекая с ветвей и листьев. А затем Казарин различил негромкий шорox, приглушенный говор. Пригнувшись ближе к окну, весь обратился в слух.
— Тише! — сказала Жанна (мог ли Казарин не узнать ее голос!). — Тише! А то еще тетя услышит!
— Ну и пускай. Зачем нам таиться, — возразил мужчина.
— Ну как ты не понимаешь, — ответила она укоризненно. — Я хочу, чтобы ты был только со мной. Знаешь, как я обрадовалась, когда увидела тебя. Ты долго ждал? А почему догадался, что я сюда приду?
— Догадался. Что тебе смешно? Почему смеешься?
— Потому что мне хорошо!.. Какая у тебя рука — крепкая, сильная и вовсе не тяжелая... Я и не знала, как хорошо с тобой!
Беззвучно ступив, Казарин придвинулся еще ближе. Ему показалось, что он видит неясные силуэты. Опять услышал тихий, очень тихий, но счастливый смех. Затем тишина. Быть может, не тишина — поцелуй.
И снова предостерегающее:
— Тише!
— Да не бойся ты, — рассудительно сказал мужчина. — Тетя, верно, спит давно.
— А жилец? Жилец услышать может. Я тебе говорила: артист цирковой, Лео-Ле.
— Есть такой. А что он собой представляет?
— Занятный, разговорчивый. Но понимаешь, как странно: он о себе рассказывает, о своих поездках, а я тебя все время вижу!
Ушла из города гроза. Дождь притих, потом и вовсе прекратился.
— Ты меня любишь? — спросил мужчина.
— Да!
— Когда? Давно?
— Смешной! Разве об этом спрашивают? Да и откуда я знаю?.. Иногда мне кажется — еще до того, как встретила тебя!
— До того? Разве такое возможно?
— А если и невозможно — какая разница! Он сказал:
— Дай прикрою тебя пиджаком.
Стихло опять. Опять, возможно, поцелуй.
Вцепившись пальцами в оконную раму, Казарин вдруг почувствовал, как под ногами сделалось зыбко, шатко. «Вот и все, — сказал он себе. — Хитрил, привораживал, карты наличные пересчитывал, и казались карты надежными, выигрышными. А вот — сорвалась игра!»
Обворованным почувствовал себя Казарин.
Жанна постучала через несколько минут.
— Ах, это вы, Леонид Леонтьевич? — спросила она, когда Казарин отворил. — Простите, что побеспокоила. Вы что же не спите?
— В такую ночь? — усмехнулся он горько. — Можно ли уснуть в такую ночь?
Осторожно ступая, девушка прошла сквозь сени. Открыв комнатную дверь, на миг обернулась, и тогда Казарин увидел ее лицо — открытое, смелое, счастливое. Такое счастливое, что отпрянул.
Как и всегда, рано утром отправясь в цирк, Варвара Степановна Столбовая по пути с удовольствием вдыхала посвежевший воздух. В еще не просохших лужах отражалась опять сгустившаяся небесная синева, белые облака, бегущие по ней.
Пройдя за кулисы, в ту часть коридора, где находились птичьи клетки, Варвара Степановна невольно замерла.
Возле клеток стояла Клавдия, но не с совочком и тряпкой. У нее на руке покачивался какаду Илюша — еще не вполне пробудившийся от сна, нахохленный, недовольный.
— На что похоже? — стыдила его девушка. — Какую путаницу допустил вчера на манеже!.. Ты не отворачивайся. Хочешь не хочешь, а будешь со мной репетировать!
При последних словах Столбовая решительно прошла вперед:
— Что это значит, Клавдия? Кто тебе разрешил?
— Так ведь я же не для себя, а для пользы дела, — ответила девушка, на миг смешавшись. — Человек вы, Варвара Степановна, немолодой. Так я рассудила, что смогу вам в подмогу...