Босфор. Россия и Турция в эпоху первой мировой войны
- Автор: Шеремет Виталий Иванович
- Год: 1995
- Язык: русский
- Год: Технологическая школа бизнеса
- ISBN: 5-86073-014-4
- Жанр: История
Электронная книга - «Босфор. Россия и Турция в эпоху первой мировой войны». Краткое содержание книги:
В основу повествования положены материалы ныне забытого русского военного разведчика, одного из создателей Морского Генерального штаба России А.Н.Щеглова (1875–1953), а также документы его турецких коллег по службе.
Рассчитана на широкие читающие круги России, ближнего и дальнего зарубежья.
Данные наружного наблюдения за 1913–1914 гг., которые мы теперь получили возможность изучить, рисуют Мухтар-бея человеком желчным и неуравновешенным. Как докладывал русский наблюдатель, турецкий атташе в обществе своих коллег — турецких военных и дипломатов — держался скованно и заносчиво. Был всеми нелюбим и избегаем, зато каждый вздох, тем более шаг сверял с австрийским посланником в Петербурге, которому доверял, по словам наблюдателя, едва ли не больше, чем собственной супруге. С той он, к досаде того же наблюдателя, “жил отдельными домами”. Своему кумиру и хозяину Энвер-паше атташе сочинял в Стамбул пространнейшие депеши. По преимуществу они содержали поношения России, ее слишком крепкой водки, свиных отбивных и черной икры (красную атташе, видно, жаловал). Особенно Мухтар-бей негодовал на массу приемов и празднеств в веселой русской столице, на которых приходилось бывать, вместо того чтобы с оружием в руках возвращать былую славу империи Османов.
Те, кто по долгу службы в российских ведомствах прочитывали скучнейшие “диваны” Мухтар-бея и со вкусом употребляли все то, что ругал “неаппетитно живший атташе” [карандашная запись на дешифровке — В.Ш.], емко и точно изложили его позицию:
— “Мы, турки, будем воевать! Или все совершенно погибнем, или отыграемся!”
Ну, можно ли было доверяться такому забияке, да еще трезвеннику! И впрямь — Мухтар-бей, трубивший: “Война! Война! Русские уже на Босфоре!”, в течение трех лет (1911–1913) навредил русско-турецким связям больше, чем сделал доброго его непосредственный начальник — посол Фахретдин-бей.
Вернемся, впрочем, к письму. Посол был человеком осторожным и трезво оценивал положение не только России, но и Турции. Он категорически отвергал саму возможность поднять народы Кавказа против России, да и в других районах положение Турции было не лучше.
“Можно, конечно, — писал он, — начать мобилизацию, выдавая половинное жалование. Но… Франция не сможет дать нам новых сумм. Тех же денег, что нам даст Германия, не хватит на расходы войны… Должны ли мы ввергать страну в гибельное состояние после того как мы пришли в напрасное отчаяние вследствие отобрания у нас Англией острова Крит, неудач в Румелии и с Эгейскими островами?.. Не лучше ли обождать результатов начавшейся борьбы в Европе, чтобы примкнуть к более сильной стороне и обеспечить себе получение политических и… [пропуск в тексте — видимо, посол подбирал слово. — В.Ш.] выгод. Это подсказывает не только положение внутри нашей страны, но и соображения, вытекающие из положения дел в России, русских сил на Кавказе, отношения к нам мусульман и отсутствия среди них революционных волнений…”
Посол с полным основанием полагал, что Османская империя будет проигравшей стороной при любом исходе мировой войны. “Победа русских повлечет за собой в будущем разрешение вопроса о Проливах [т. е. о Босфоре и Дарданеллах — В.Ш] и предъявление некоторых других требований… Естественно, — продолжал Фахретдин-бей, — что после [тут он, видимо, долго выбирал слово — поднятое перо подсохло, и на бумаге последовал сухой росчерк, затем обведенный с очевидным нажимом. — В.Ш.] умаления Австрии русские станут хозяевами на Балканах”.
Ниязи Фахретдин-бей призывал своего венского корреспондента и, естественно, стамбульское руководство крепко, как он выразился, призадуматься над опасностью окончательно утратить позиции на Балканах.
“Если русские и победят [Ниязи Фахретдин-бей был очень турком и отнюдь не желал видеть традиционного противника в числе победителей. — В.Ш.], то между Россией и Англией, которые ныне случайно объединились против общего соперника — Германии, тотчас произойдет естественное охлаждение”. В итоге, нового этапа соперничества Англии и России неизбежно и очень серьезно пострадает Турция.
Фахретдин-бей был патриотом и очень трезвым политиком. “Если верх возьмет Германия, — рассматривал он второй исход войны, — то разве могут быть сомнения в том, что немцы сделают из Турции второй Египет после того как захватят в свои руки все привилегии”.
Он очень хорошо знал ситуацию, этот элегантный, подтянутый красавец-турок, победитель шутливого конкурса петербургских дам на самые красивые мужские усы. Кто еще из послов имел формуляр в Императорской Публичной Библиотеке? Фахретдин-бей имел. Из регулярно прочитываемых там газет, как и от конфидента в Вене он знал, что кайзер называл русских и турецких государственных деятелей, посмевших без кайзера встретиться в Ливадии, “восточными негодяями”. Еще бы! Если бы летом 1914 г. Россия и Турция сумели договориться, был бы вообще возможен совсем иной поворот событий.