Стаи. Книга 1

— Включение этой составляющей имеет ярко выраженное достоинство — дети не рвут полностью связь со своей прошлой жизнью, человеческое начало в них живёт, пусть и затаившись где-то в глубине. Надо только быть поосторожней с её применением.

— Да, Люда, ты права, я перегнула палку. — Сафирова склонила голову, признавая собственную неправоту. — Лучше подбирать на следующие разы более нейтральные сценарии.

Но Захарова не согласилась с простотой трактовки событий:

— Не пойму. Ханнеле-Хилья и Линара-Фелида не вступали в прямой контакт с человеком, чем вполне можно объяснить отсутствие столь бурной, как у Афалии, реакции. А у Нади и Элана контакт с людьми в ЭМ был не менее плотным и эмоциональным. Почему же он прошёл без эксцессов? Как это понимать?

Все крепко призадумались. Вопрос серьёзный: как предсказать реакцию каждого конкретного эволэка на нововведение? Ведь такой рывок «на поверхность», какой совершила девушка из высшего общества, может (должен был!) закончиться очень плохо.

— Вполне может быть, что именно с Афалией сложности и были неизбежны, — задумчиво протянула Мирра.

Все с интересом переключили внимание на лидера Клана Воды, ведь та знала подопечную Сафировой как облупленную.

— Не хочу повторять известную истину, но эволэк — это состояние души. Очень упрощённо — фаталист-меланхолик, а Афалия…

Староста покачала головой, невесело ухмыльнувшись, тут же заулыбались и все собравшиеся. Афалия — плохо управляемый термоядерный реактор, без намёка на присутствие вектора приложения чудовищной силы. Она не имела абсолютно ничего общего с типичным эволэком, с трудом вписавшись в коллектив замкнутых тихонь. Во все времена, конечно, в их касте находились отклонения от нормы, но опытные наставники не могли не видеть, что именно за этими отклонениями всегда и тянулся шлейф проблем, что в жизни, что в Океанесе. Почему вдруг с Дорониной должно быть иначе?

— Берём на заметку, — согласилась Инна Владимирова, — в следующем погружении группы подберём состав так, чтобы проверить и это предположение.

— Вот же, ёлки зелёные, — Диолея сокрушённо помотала головой. — Мы ещё только начали, а уже два пункта обозначены на перепроверку! А в конце их сколько будет? Двадцать два?

— А хоть сто! — Захарова, самая молодая из кураторов, была полна энтузиазма. — Это погружение — как первый полёт нового самолёта, только чтобы понять — стоит ли тратить силы? Впереди — грандиозная работа!

— Да, — Ольга согласно кивнула, посмотрев на часы. — Первый опыт с Якорем — лишь грубая модель, не больше, работа по его шлифовке займёт немало времени!

— Времени то у нас как раз и нет, — заметила Сафирова, поднимаясь с места, и имела она в виду не только созданное их общими усилиями «окно», которое уже, кстати, почти вышло.