Стаи. Книга 1

Уже чувствовалось сильное разрежение воздуха — любое неосторожное движение крыла, и ты кубарем помчишься к земле. Разбиться, конечно, не разобьёшься, но неуправляемое падение вызывало жуткий страх у привыкшей повелевать воздушными течениями Хильи. Но, чем выше они закручивали спираль, тем она становилась упорней, сжимая волю в кулак, не обращая внимания на неровные ритмы сердца, на отчаянный шум лёгких, не способных снабдить работающий на пределе организм живительным кислородом, таким доступным там, внизу.

Серебристая птица бесшумной стрелой скользила на противоположном конце гигантского круга — обе забияки уже почти не поднимались вверх, с трудом удерживая набранную высоту. По едва заметной дрожи тела соперницы Хилья чувствовала, что та на пределе сил. До микрон выверяя движения собственных крыльев, она ловила ставшие такими зыбкими потоки, очень медленно продолжая набирать высоту. Гораздо более грубое восприятие пилотом планера воздушной стихии с каждой секундой давало о себе знать, ведь он мог положиться на свою интуицию и опыт, но искусственные крылья не давали ему всей полноты волшебного ощущения полёта.

И соперница сдалась, круто уйдя вниз, блеснув в лучах солнца забралом кабины, а Хилья, утвердив свою долгожданную победу, сделала ещё один осторожный круг, и стала быстро спускаться следом…

Огромная птица с негнущимися крыльями неуклюже опустилась на траву ровного поля, далеко от подножья горной гряды, а Хилья, несмотря на усталость, проделала весь этот путь, неотступно следуя за соперницей. Как только та закончила судорожное скольжение, и замерла неподвижной статуей, победительница грациозно опустилась рядом, с любопытством разглядывая странное существо. Элегантное и лёгкое как пёрышко в воздухе, оно было удручающе беспомощным на земле, и ей явно требовалось масса усилий, чтобы снова подняться в воздух.

Но самым удивительным было то, что существо разделилось надвое — когда от большой птицы отделилась фигура, начисто лишённая крыльев, Хилья от неожиданности прянула назад, тем более что ходящее на двух задних лапах существо направилось прямиком к ней.

Но пытливость взяла вверх над тёмным инстинктом, и Хилья поборола испуг, не поднявшись снова в небо, тем более что прямоходящее создание чем-то напоминало ей саму себя. Такое же яркое, с подвижными передними лапами, не хватало только крыльев и хвоста, да и шея слишком короткая. Но, в целом, сходство было, и сходство не столько внешнее — их объединяла общая страсть к небу.