О себе. Автобиография, сценарии, статьи, интервью
- Автор: Кеслёвский Кшиштоф, Дорман Олег Вениаминович
- Язык: русский
- Год: Corpus
- ISBN: 978-5-17-115892-7
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «О себе. Автобиография, сценарии, статьи, интервью». Краткое содержание книги:
В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.
По шоссе – где-то далеко от Варшавы – едет “трабант”. Зофья въезжает в маленький городок. Минует рыночную площадь и сворачивает на дорогу, ведущую к костелу.
Зофья, не преклонив колена, не обмакнув пальцев в святую воду, проходит вперед. Озирается, явно кого-то ищет. Замечает силуэт в исповедальне, направляется в ту сторону. Ксендз немолод; выглядит типично для священника маленького провинциального костела. Он задремал с епитрахилью в руках. Зофья улыбается, увидев его лицо с закрытыми глазами за решеткой исповедальни. Легонько стучит по решетке. Ксендз медленно, чтобы не подумали, будто он спит, поднимает глаза и тут же приходит в себя.
КСЕНДЗ. Ты откуда взялась?
ЗОФЬЯ. Я хотела тебе сказать одну важную вещь. Она жива.
Ксендз смотрит на нее через решетку.
ЗОФЬЯ. Та девочка. Жива, понимаешь?
Декалог IX
Середина дня. Перед домом Аня (маленькая девочка из седьмого фильма) играет с куклой. Из подъезда выходит Ханка – красивая, энергичная, лет тридцати с небольшим. Она торопится, но вдруг останавливается – видно, что-то забыла. Поворачивает обратно, к дому. Идет так же быстро, почти бегом.
Ханка, не снимая пальто, входит в комнату. Садится в кресло, ждет. Долго ей ждать не приходится – раздается телефонный звонок. Ханка для этого и вернулась и сразу поднимает трубку.
РОМАН (за кадром). Ханка? Привет.
ХАНКА. Привет. Я чувствовала, что ты позвонишь.
РОМАН (за кадром). Чувствовала?
ХАНКА. Я была уже внизу и вернулась. Ты откуда звонишь?
РОМАН (за кадром). Еще из Кракова. К вечеру приеду.
ХАНКА. Будь осторожен! Пока.
Роман сидит один в кабинете; врача нет. Роману около сорока лет, у него лицо человека, который многое способен понять. Он хорошо сложен, хотя, может быть, чуточку полноват. Руки сильные – как потом выяснится, руки хирурга.
Входит Миколай в коротком белом халате. Сметает со стола пепельницы с окурками, садится, достает пачку “Мальборо”, угощает Романа. Вытащив из кармана какие-то бумажки, педантично раскладывает их на столе, проглядывает, хотя знает все, что там написано.
МИКОЛАЙ. Что ты хочешь услышать?
РОМАН. Правду.
МИКОЛАЙ. Ага. Что ж, коллега, ничего хорошего я сказать не могу. Позволь задать тебе несерьезный вопрос. Сколько их у тебя было? Ну… женщин, девушек – называй, как хочешь.
РОМАН. Восемь, десять. Может, пятнадцать – если порыться в памяти.
МИКОЛАЙ. Ну и достаточно.
РОМАН. Я десять лет женат…
МИКОЛАЙ. Тоже достаточно. Жена хорошая?
РОМАН. Очень.
МИКОЛАЙ. Хочешь, я тебе дам совет? Не медицинский – из жизни. Разведись.
Роман откидывается на спинку кресла, пытается взять себя в руки.
МИКОЛАЙ. Выпьешь?
РОМАН. Ты уверен? Что, никогда – ни с одной женщиной?
МИКОЛАЙ. Уверен. Результаты анализов типичнейшие, симптомы – тоже. Классика.
РОМАН. Про симптомы я тебе мало что рассказывал…
МИКОЛАЙ. Не важно, я догадываюсь. Три с половиной или четыре года назад ты заметил…
РОМАН. Четыре.
МИКОЛАЙ. Ну видишь… У тебя перестало получаться – иногда. Ты решил, это от переутомления, поехал кататься на лыжах, отдохнул, стало получше. Но потом опять началось. Тебе все чаще не удавалось справляться со своим маленьким верным дружком. Ты принялся вспоминать, чему нас учили, полез в учебники. Разбился в лепешку, чтобы достать за большие деньги женьшень. Принимал иохимбин и стрихнин – не помогало. В Варшаве посоветоваться было не с кем – неловко. Ты запаниковал и приехал ко мне. Так было дело?
РОМАН. Примерно…
МИКОЛАЙ. Ты не вылечишься.
РОМАН. Никогда?
МИКОЛАЙ. Врач не имеет права… и так далее. В подобных случаях рекомендуют попробовать с другой бабой… с партнершей, как принято говорить. Не делай этого. Пустые надежды – только попадешь в дурацкое положение.
РОМАН. Спасибо. Яснее не скажешь.
МИКОЛАЙ. Я свое дело знаю. Спроси у кого хочешь: я редко ошибаюсь. Старик Гротцбер всегда говорил…
РОМАН. Извини, Миколай… Мне плевать, что говорил старик Гротцбер.
Машина Романа на большой скорости выскакивает из-за пригорка. Роман видит, что шоссе, мягко петляя, сворачивает в лес. Выпрямляется. На дороге пусто, встречных машин нет. Роман закрывает глаза. Автомобиль мчится вперед. Пока шоссе прямое, ничего не происходит, но уже через минуту машина начинает съезжать то на левую, то на правую обочину – она все время едет прямо, это шоссе поворачивает влево и вправо. Скорость все увеличивается. Роман не открывает глаз. Автомобиль мощным ударом сбивает с обочины бетонный столбик. Грохот. Роман судорожно тормозит. Машина пляшет: при такой скорости от резкого торможения ее бросает из сторону в сторону; наконец она останавливается. Роман откидывается на спинку сиденья; из уголка рта у него тонкой струйкой течет слюна.