Кровь над короной

Миних остановился, усмехнулся зловеще. Посмотрел на ивана Антоновича тяжелым взглядом и закончил:

– Думаю, в Голштинии она и осядет надолго, да править будет все свое регентство, пока сына до престола не допустят. Видишь ли, Иоанн Антонович – она власти уже вкусила досыта, а от этого блюда ой, как трудно отказаться, ты уж поверь мне старому.

– А ежели мы суд над убийцами Петра проведем показательный, перед всеми послами иностранными. И на процессе докажем, что его задушили по ее приказу – сладко ей станет в Голштинии? И что голштинские гвардейцы потонули по ее тайному приказу дать им непригодные суда? Простят ли ей это? Или изгонят прочь?!

– С изгнанием ей еще повезет, – усмехнулся Миних, – скорее всего, от регентства отрешат в пользу дяди мужа ее, а саму заточат в крепость навечно, в самую темную камеру. А ты хорошо придумал, государь, такая месть для нее гораздо страшнее, чем убийц в Киль послать. Впрочем, она предусмотрительна и успеет к твоему кузену Фридриху сбежать вовремя – тот ей замок для проживания выделить может.

– Вкусивши власти, как ты сказал, и в затворничество? И как ей там будет, – Иван Антонович усмехнулся.

– Что ты удумал, государь? По глазам твоим вижу, что мыслишь о чем то злорадном? Расскажи мне, может, что и присоветую.

– Предложу ей мир! Баба она умнейшая, многие этого не понимают, а я нутром чую, – Никритин пожал плечами – не рассказывать же Миниху про решения этой женщины, ставшие историческими. Которую, как и Петра Алексеевича, не зря именовали «Великой» – деяния ее изменили страну, как и в лучшую, так и в худшую сторону. Величайшие победы и расширение государства Российского соседствовали с установлением деспотии дворянства по отношению к крестьянам. Именно при ней насаждалась самая худшая форма крепостного рабства!

– Думаю, она уже оценила все возможные перспективы трезво, и предаст свой союз с Фридрихом в удобную для нее минуту, если будет выгодно. А это времечко наступит очень скоро – прусский король ни ей, ни нам, деньги за отвоевание Шлезвига у Дании, которое так и не состоялось два года тому назад, никогда не вернет!

– Откуда у него деньги, если «эфраимок» начеканили столько, что до сих пор от порченной монеты не знают, как избавиться, в торговле одни убытки несут и население совсем обнищало. Вся империя их страдает от этого зла, от Вены до Берлина.

– Вот потому эта расчетливая баба и предложит нам соглашение – она откажется за себя и сына от притязаний на престол державы российской, а взамен предложит отвоевать Шлезвиг у Дании и поделить его, тем самым заплатить за помощь. Иного варианта у нее нет – нужен покровитель для герцогства, и самый лучший это мое величество.