Избранные произведения в одном томе

— Если бы я немного подумала головой, — сказала Келли Диггеру, — то поступила бы по-другому. Мы могли бы в конце этого участка пойти более эффективным курсом. Но я рассчитывала что-нибудь найти.

— Я тоже, — ответил он. — Хотя, если ты права и ежи — это приманка, то они не обязательно должны быть везде. Только рядом с облаками, которые угрожают тому, в чем заинтересованы их создатели.

Джек отослал сообщение Хатч и копию на «Аль-Джахани»: «На Лукауте нет ежа. Возвращаемся на орбиту».

Пока корабль разворачивался, пассажиры решили посмотреть какую-нибудь постановку, и Келли по их просьбе принесла триллер про дом с привидениями. Диггеру не особенно нравились ужасы, но он согласился.

— Я боюсь, — заявил он, обращая это в шутку, как будто это было смешно, но он действительно боялся. Ему не доставляло удовольствия смотреть на вампиров, и были моменты, даже здесь, в чреве корабля, а может, особенно здесь, когда, шагая после таких просмотров по слабо освещенному коридору к своей каюте, он слышал за спиной шаги.

Проблема сверхсветовика заключалась в том, что, хотя этот корабль был воплощением современной технологии, доказательством того, что вселенной управляет разум, фактической гарантией отсутствия демонов и вампиров, он все равно был достаточно маленьким. Почти до клаустрофобии. Несколько проходов и горстка кают, наполненных тенями и эхом. Место, откуда невозможно вырваться. Если что-то погонит вас по узким коридорам корабля, бежать будет некуда.

Проблемой Диггера было чересчур богатое воображение. Так было всегда. Именно это качество привело его к космическим путешествиям. Диггер не был трусом. Он доказал это, рискуя жизнью, отправившись на Лукаут. Он работал на раскопках в разгар ангольского восстания и остался там, когда все остальные бежали. В другой раз он помог двум миссионерам скрыться от мятежников возле Замфары, в Северной Африке, благодаря сочетанию отваги, здравого смысла и удачи. Но ему не нравились дома с привидениями.

Сценарий, казалось, был всегда один: группа подростков в поисках необычного места для вечеринки выбирает заброшенный особняк, в котором, по слухам, за последние полвека произошло несколько жутких убийств. (Диггер ни за что бы не отправился в такое место.)

Неизменно начиналась гроза, дождь колотил в окна, двери сами собой открывались и закрывались. И периодически то, что выбиралось с чердака, припирало к стенке очередную жертву.

Диггер старался думать о другом. Но скрипящие двери, дикое музыкальное сопровождение и три ветки, скребущие по стене дома, оказались сильнее. Джек почти все время смеялся и энергично предупреждал актеров: «Оглянись, оно в чулане!».

В середине фильма с верхнего этажа стали доноситься странные звуки. Пронзительные вопли. Стоны. Потусторонние крики. Двое из парней решают — невероятно! — пойти на разведку. «Это же кино», — думает Диггер. Но ему хочется, чтобы они остались вместе. Парень, идущий первым — высокий, красивый, какой-то задумчиво наивный. Свой парень. Несмотря на всю глупость происходящего, сердце Диггера тяжело стучит, когда парнишка и его спутник взбираются по винтовой лестнице, темп музыки ускоряется до предела. Герои поднялись наверх, и еще один вопль прорезает ночь. Он доносится из-за двери в конце коридора.