Противоречивая справедливость

И.В.Сталин и Н.С.Хрущев наглядно показали роль личности в руководстве страны. Первый умел заставить работать даже партократию на благо Родины, хотя и с большими сложностями. Второй вместе с партократией разваливал страну.

Подводя итог хрущевскому правлению, историк Е.Ю.Спицын, назвавший время пребывания Н.С.Хрущева во главе СССР «хрущевской слякотью», сделал вывод: «Именно хрущевская «слякоть» и ее вдохновитель заложили базовые основы разрушения и гибели нашей великой державы и советского общественного строя в эпоху преступной горбачевской перестройки, где главной ударной, в том числе идеологической, силой стали все недобитые «шестидесятники» во главе с двумя архитекторами этой перестройки – иудами М.С.Горбачевым и А.Н.Яковлевым». (Е.Ю.Спицын «ХРУЩЕВСКАЯ СЛЯКОТЬ». 1953–1964 года. Концептуал. М. 2020, с. 574).

С этим можно согласиться, но за кадром остаются вопросы, почему возникла «хрущевщина» и продолжалась целых одиннадцать лет? Один ли Н.С.Хрущев создавал базу последующего появлении иуд Горбачева и Яковлева?

В связи с этим следует обратить внимание на то, что его освободили от высших должностей не на съезде, а в кулуарах такие же партократы (преимущественно с Украины – авт.), как и он, которых сам же Н.С.Хрущев и навыдвигал, но лишь только тогда, когда он частично посягнул на их привилегии и власть. А до этого они терпели все его выкрутасы и вместе с «мудрой», «верной марксистко-ленинскому учению» партией на Пленумах и съездах в течение одиннадцати лет хрущевского правления голосовали «единогласно» за все его несуразные прожекты. Главная причина, по мнению автора, в том, что КПСС, обильно нашпигованная хрущевскими выдвиженцами, особенно во второй половине 1950-х гг. и начале 1960-х, окончательно превратилась в аморфный, конформистский придаток партократии, что она убедительно доказывала своим единогласием. Н.С.Хрущева сняли, но партократия и называющая себя коммунистической конформистская партия – придаток партократии никуда не исчезли. Идеология раздвоилась – в официальных заявлениях одно, а в жизни – другое. Справедливость стала размываться: на словах она была повсюду, а на деле наступление светлого коммунистического будущего не очень-то просматривалось. Советский общественный строй в действительности все более становился не совсем советским. Его деформировала партократия, управляя процессом формирования советских органов власти, куда попадали не самые достойные управленцы, а тщательно отобранные партаппаратом. На этой почве стали появляться нарождающиеся диссиденты и будущие доморощенные либералы – активные сторонники рыночной экономики в скрытом и откровенном виде, наиболее благоприятное время для которых, придет позднее.