Поўны збор твораў у чатырнаццаці тамах. Том 9
- Автор: Быков Василь Владимирович
- Год: 2012
- Язык: белорусский
- Год: Саюз беларускіх пісьменнікаў
- ISBN: 978-985-7007-44-8
- Жанр: Другая драматургия
Электронная книга - «Поўны збор твораў у чатырнаццаці тамах. Том 9». Краткое содержание книги:
Дзявяты том склалі кінасцэнарыі 1962–1994 гг.: «Третья ракета», «Альпийская баллада», «Западня» (кінасцэнарый Л. Мартынюка, пры ўдзеле В. Быкава), «Двое в ночи», «Волчья стая», «Долгие версты войны», «Ушедшие в вечность (Обелиск)» (кінасцэнарый В. Быкава, Р. Віктарава), «Его батальон» (кінасцэнарый В. Быкава, пры ўдзеле А. Карпава), «На Чорных лядах» (кінасцэнарый В. Панамарова, пры ўдзеле В. Быкава).
В траншейном поединке наступила неопределенная пауза.
Но откуда с бруствера слетают разбитые пулями комья земли?
— Чернорученко, — сказал Волошин. — Меня оглушило на правое… послушай, откуда бьет пулемет по брустверу?
— Дак это наш ДШК, — ответил после паузы Чернорученко. — Это, видать, наши снизу бьют по траншее…
— И не дают немцам блокировать блиндаж поверху траншей, — обрадованно продолжил мысль телефониста Волошин. — Не забыл нас батальон…
В это время Чернорученко опять полоснул по траншее очередью. Волошин тоже поднял пистолет.
— Товарищ комбат, дайте я, — сказал кто-то рядом, и Волошин, оглянувшись, увидел бойца с толсто забинтованной головой, который, держа в руках автомат, лез занять его место на входе.
Помедлив, Волошин встал. Боец влез на его место, а капитан спустился на две ступеньки ниже и стал возле самой двери…
В блиндаже, на устланном соломой полу, тесно лежали раненые, в полумраке серели бинты и слабо шевелились бледные лица, в углу кто-то тихо раскачивался в нательной сорочке, остро пахло лекарством. Несколько пар глаз из тесной полутьмы с вопросительным ожиданием уставились на Волошина, и он вдруг ощутил такую беспомощность, какой не ощущал под градом осколков в траншее.
— Ничего! — сказал он в утешение не так им, как больше самому себе. — Будем отбиваться. У кого есть оружие? Давай ближе к выходу.
— Оружие есть. Но что оружие…
— Пока есть оружие, мы — бойцы. Будем держаться.
Ответом ему было трудное, напряженное молчание, кто-то обреченно простонал, и он перевел взгляд на Маркина, который в прежней позе лежал на шинели.
— Черт! Не удалось! — тихо, ни к кому не обращаясь, проговорил Маркин. — Все к чертовой матери!
А Волошина от этой реплики Маркина неприятно передернуло, и он вдруг зашарил по блиндажу взглядом:
— А Круглов здесь? Что с Кругловым?
— Все, нет Круглова, — обернулся на ступеньках Черноученко. — Вот его автомат. А там сумка, — кивнул он в блиндаж.
Волошин судорожно вздохнул, замотав головой, и почемуто снова неприязненно посмотрел на Маркина.
Кто-то в наброшенной шинели и с забинтованной рукой, неуверенно ступая между телами, пробрался к двери и передал Чернорученко два снаряженных магазина. Бойца с разрезанным до плеча рукавом, у которого оказалась граната, Волошин посадил возле двери. Но одной гранаты для них было мало.
— Гранат надо больше. У кого еще есть гранаты?
— Вот последняя, — сказал Авдюшкин. — Для сэбэ оберегав. Да черт з ей…
Он протянул из угла Ф-1, которую Волошин планкой нацепил себе на ремень возле пряжки. Других гранат у него не осталось.
Теперь он снова был готов к бою и, стоя у сырого, из неошкуренной ели косяка, поглядывал в траншею. Рядом на ступеньках, выставив в разные стороны автоматы, сидели Чернорученко и мрачный боец с толсто забинтованной головой.
— Это… Нате вот еще каски, — заботливо передали из блиндажа две немецких каски. Чернорученко одну насунул поверх шапки, а вторую раненый боец, примерив, зло бросил в траншею.
— Падлой смердит.
Волошин вынул из брючного кармана часы и с удивлением ахнул: было четверть четвертого.
— А я все думал, что еще утро! — усмехнулся он сам над собой. Вдруг оба сидящих на ступеньках схватились за автоматы, и одновременно с обеих сторон траншеи слишком знакомо мелькнуло в воздухе. Одна из гранат, прежде чем разорваться, торчком поскакала перед дверью…
Как только они рванули, взбив облако пыли, оба автоматчика снова высунулись и ударили из своих ППШ, наполнив блиндаж гулким автоматным треском. Волошин прижался спиной к стене, держа наготове пистолет.
Трудно волоча простреленные, без сапог, ноги, из угла блиндажа выполз и лег возле входа Авдюшкин. В его сжатой руке блеснула малая саперная лопатка.
— Ах гады! Нy идите, гады! — треща автоматом, исступленно кричал на ступеньках раненый.
Очередной бросок гранаты Волошин не успел заметить, возможно, ее перебросили через бруствер, только рядом в траншее вдруг оглушительно грохнуло, пахнув в растворенную дверь блиндажа жарким смрадом, и немецкая каска с головы Чернорученко с железным звоном ударилась о притолоку.
На ступеньках, откинувшись навзничь, конвульсивно задергался Чернорученко, выпустив из рук автомат. Волошин подхватил этот забитый песком, горячий еще ППШ и отпрянул к закачавшейся на петлях двери.
— Дверь! Дверь! — закричало в блиндаже несколько голосов. — Держите дверь!
Чьи-то проворные руки мощным рывком грохнули плотно закрывшейся дверью, отрезая от себя все, что было за ней в траншее.