Белый морок. Голубой берег
- Автор: Головченко Иван Харитонович, Мусиенко Алексей Григорьевич
- Серия: Тетралогия о подпольщиках и партизанах #2
- Год: 1986
- Язык: русский
- Год: Советский писатель
- Переводчик: Изида Зиновьевна Новосельцева
- Жанр: Военная проза
Электронная книга - «Белый морок. Голубой берег». Краткое содержание книги:
Артем поднял трофейный автомат над головой. В этой хрупкой тишине все вдруг услышали отдаленный грохот моторов. Фашисты! Так-так-так-так! — подтвердила эту догадку длинная автоматная очередь. И началось: пронзительный свист, отчаянные крики, треск ветвей, беспорядочные выстрелы… Под этот адский аккомпанемент обоз, поднимая пыль, покатился в глубь леса, оставив на месте привала две никудышные телеги, заезженных лошадей, котел с кулешом на костре и развешанное белье на кустах…
Пропустив всех путников, Артем залег на рубеже прикрытия. «Интересно, как поведут себя эсэсовцы: бросятся нам вдогонку или станут ждать подкрепления?» — беспокоила его мысль.
Эсэсовцы не бросились вдогонку партизанам. Из своей засады Артем видел, как из зарослей выползли две серые от пыли бронемашины, приблизились к недавней их стоянке, прошили окрестные кустарники пулеметными очередями и остановились. Потом из передней выскочили несколько автоматчиков и, держа оружие на изготовку, боязливо двинулись между деревьями. А когда полностью убедились, что поблизости никого нет, подали знак своим спутникам. Те с гиком высыпали на притоптанную траву, горланя, помчались к нагруженным подводам. Перепотрошили всю поклажу, пристрелили неведомо для чего лошадей, опрокинули в пламя недоваренный кулеш, а один, видимо из казарменных шутов, подхватил на палку партизанские подштанники, которые сохли, развешанные Клавой на кусте боярышника, и под неистовый хохот своих сообщников понес, кривляясь, будто знамя, над головой к бронемашине, где торчал какой-то офицерский чин.
— Клюнули на мякину! — обрадованно хихикнул кто-то рядом с Артемом. — Вишь как тешатся…
Вдруг сердито затарахтел мотор. Одна из бронемашин, в чреве которой скрылся эсэсовец со своим необычным трофеем на палке, круто развернулась и рванула по дороге на Коблицу, подняв за собой облако пыли.
— Точно, помчались докладывать начальству о нашем паническом бегстве. Недаром же и «вещественное доказательство» прихватили, — снова услышал Артем тот же саркастический голос. — Головой могу поручиться, теперь эсэсы попрут по нашему следу…
Артем подал сигнал к отступлению. Хлопцы бесшумно выбрались на дорогу, сели на заранее приготовленную для них бричку и пришпорили коней. А где-то на пятом километре догнали своих. В прожаренном июльским солнцем, изнывающем от жажды лесу двигались ускоренным маршем, не забывая при этом оставлять как можно больше следов — окурков, грязных бинтов, поломанных веток. Пускай каратели не сушат себе мозги, по какой дороге пошли партизаны. И хотя люди буквально задыхались от жажды, валились с ног, но ни одной остановки так ни разу и не устроили — это могло насторожить наблюдательного эсэсовского командира: кто же станет устраивать привал, панически убегая от врага?
Солнце уже перевалило через полуденную кромку, когда они добрались до высохшего болотца, по которому когда-то пронесся яростный вихрь. Десятки вывороченных с корнями, уже отрухлявевших, покрытых мхом гигантских деревьев лежали навалом, как упрек бессмысленному истреблению, как грозное предостережение путникам.
— Хлопцы, да мы ведь здесь были! — воскликнул кто-то удивленно.
— И в самом деле, были месяц назад, — узнали партизаны исхоженные места. — Отсюда до Тали уже рукой подать…
Волна облегченных вздохов, приглушенного смеха прокатилась по обозу: значит, желанный отдых и вода, много воды уже близко. О предстоящем бое, о возможных потерях никому не думалось: сейчас всеми владела одна мысль — о воде и отдыхе.
Миновав бурелом, очутились в тенистом столетнем бору, сплошь заросшем высоким, густым папоротником. Желтоватые сумерки, застоявшаяся духота и коварная тишина. Артем знал, что где-то здесь поблизости должен быть наблюдательный пункт ляшенковцев, что кто-то должен бы его сейчас встретить и доложить обстановку. Однако никто его не встретил. Лишь испуганно прокричала в зарослях иволга, ей из долины откликнулась другая, и все затихло. И как Артем ни всматривался, нигде не мог заметить ни вытоптанной травы, ни каких-нибудь других признаков присутствия человека. У него создалось даже впечатление, что поблизости вообще нет ни единого живого существа. Почему же Ляшенко не выслал сюда гонца?
Беспокойство командира тотчас же передалось и довгалевцам. Забыв об усталости, они ускорили шаг, чтобы побыстрее приблизиться к реке. Вскоре между золотистыми от затвердевшей живицы стволами сосен показались просветы, слегка потянуло свежестью и прохладой. Одновременно дорога начала словно бы впахиваться в суглинистую почву, а через десять — двадцать шагов превратилась в настоящее ущелье, заросшее сверху подлеском.