СССР: от сталинского восстановления к горбачевской перестройке. Вторая половина 1940-х – первая половина 1980-х гг.

В научной и в мемуарной литературе нередко можно обнаружить вопрос о том, была ли у Андропова концепция преобразования общества? На этот счет существуют различные точки зрения. «Достигнув вершины власти, — пишет Дж. Боффа, — он не имел времени показать, какими в действительности были его намерения. Для этого у него „не хватило времени“»[1476]. Однако другому зарубежному исследователю Майклу Дэвидоу, намерения Андропова виделись ясно. «Оглядываясь назад, — пишет он, — мне кажется, что безвременная кончина Андропова была серьезной потерей для социализма, СССР и КПСС, и последовавшей перестройки. Я считаю, что качества, которыми он обладал, его глубокие теоретические знания внесли бы немало нового в борьбу против прагматизма и во имя защиты КПСС»[1477].

Среди отечественных историков также не существует какой-либо сложившейся точки зрения. В частности, Р. Г. Пихоя отмечает, что Андропов «пытался реанимировать коммунистический фундаментализм»[1478], а также «восстановить командно-административный способ управления страной, восстановив прямые приказные рычаги, которые существовали в прошлом, во времена Сталина, но в значительной степени ослабели при Хрущеве и тем более при Брежневе»[1479]. Близка к этой точке зрения позиция Д. А. Волкогонова: «Андропову нужно было делать выбор: или катиться по колее, отполированной Брежневым, или идти на крутую ломку Системы. Новый Генсек хотел многое повернуть к лучшему, но серьезно ничего не меняя. Пожалуй, после Ленина и Сталина это самый ортодоксальный советский руководитель»[1480].

По мнению же А. В. Шубина, «22 ноября (1982 г. — М. П.) Андропов собрал Пленум ЦК, чтобы провозгласить новый курс»[1481], «он не только сформировал команду реформ, но и вооружил ее программой действий, которая будет выполняться и конкретизироваться пришедшей к власти частью этой команды вплоть до 1988 года»[1482].

Весьма интересную оценку деятельности Андропова дает И. Я. Фроянов: «…в плане историческом, в плане последующего развития событий правление Андропова, — пишет он, — имеет исключительно важное значение, поскольку оно определило их направление. В этом смысле его правление было хотя и непродолжительным, но довольно результативным. И здесь следует отметить как минимум три результата: 1. Андропов своими теоретическими размышлениями, посеявшими сомнения насчет успехов строительства социализма в СССР, подготовил почву для аналогичных „изысканий“ Горбачева, выбросившего лозунги „больше социализма“, „больше демократии“ и затеявшего поиск „социализма с человеческим лицом“ или „лучшего социализма“; 2. Андропов сформулировал если не все, то многие из тех задач, к разрешению которых приступил в ходе „перестройки“ Горбачев; 3. Андропов усилил Горбачева, сделав его фактически вторым человеком в партийном руководстве»[1483].