Осады и штурмы Северной войны 1700–1721 гг

Причина задержания была объявлена Шереметевым в декларации, где шведам припомнили Нарвскую конфузию: «По учиненному договору с Ригским комендантом надлежало бы гарнизон весь отпустить в Стокгольм; а понеже от шведской стороны многие неправды учинены и русские полоненники еще не выпущены, того ради его царское величество велел ригский гарнизон удержать… Однакож понеже его королевское величество шведское против всех договоров в настоящей войне сделал, а особливо что надлежит о договоре под Нарвою при первой осаде, где после боя король с генералами русскими перемирие учинил, чтобы все полки царского величества и багажи совсем отпустить; а против того генералы в полон взяты и в Швецию переведены, где до сего дня удержаны… Сего ради его царское величество принужден репрессалии употреблять и велел графа Стремберга с генерал-майором Клетом всех офицеров и половину здоровых солдат задерживать…; а при том его царское величество по великодушию своему приказал мне, другую половину здоровых солдатов гарнизонских, такожде и всех больных и раненых с пушками, знаменами, барабанами и пожитки без всякого задержания в Швецию отпустить» [1659].

Судя по журналу Гизена, из 12 000 человек рижского гарнизона до капитуляции дожили 1800, в том числе 1000 больных [1660]. Гистория дает иные цифры – из крепости вышло 5132 человека, в том числе 2905 больных. Там же говорится, что из гарнизона задержали тех солдат и кавалеристов, которые принадлежали к полкам из недавно завоеванных Россией шведских провинций: «Понеже в капитуляции поставлено, которые лифландцы и других городов бывших короны шведской, которые уже чрез оружие царского величества взяты, те могут назватися царского величества подданными, и потому, выборгской и корелской полки задержаны; ибо тогда оные крепости уже были завоеваны» [1661]. Житель Риги И. А. Гельме записал, что «здесь остались все лифляндские, эзельские и другие офицеры и рядовые, между прочим, также генералы Клот и Альбедиль» [1662]. Аккордный пункт 19 действительно гласил: «Всем лифляндским уроженцам, из каких бы они крепостей или городов нибыли, или которые его великоцарского величества подданными почитаемы быть могут, надлежит здесь остаться»[1663]. Этот пункт активно оспаривался Стрембергом на переговорах, но в результате был подписан в таком виде. С точки зрения соблюдения договоренностей, получается, что задержание лифляндцев не было сюрпризом, поскольку было прописано в аккорде. Видимо, неожиданностью стало объявление «новыми царскими подданными» выборгских и карельских солдат, что и было разъяснено позднее в российских реляциях.