Избранные произведения. II том

— Это репрессивные меры. Мне кажется, на него такие действия не произведут впечатления — ему, похоже, безразлично, находятся ли жители Амадии в тюрьме или на свободе. И потом вы должны учесть, что из таких демаршей очень легко возникают конфликты. Наилучшим решением был бы побег.

— Об этом говорит и бей, но это невозможно.

— Почему невозможно? Такая строгая стража?

— О нет! Стража нас не волнует. Там сержант с тремя людьми, их бы мы быстро скрутили, но они могут поднять шум, который для нас опасен.

— Опасен?!

— Но самое главное другое — невозможно проникнуть в тюрьму.

— Почему?

— Стены слишком толсты, вход закрыт двумя дверями, обитыми крепким железом. Тюрьма примыкает к саду дома, где живет арнаутский ага; любой необычный шум насторожит его и повлечет за этим нашу гибель. Нет, от мысли о побеге мы должны отказаться.

— Даже если вы найдете человека, который будет готов вам помочь?

— Кто это может быть?

— Я!

— Ты, эмир? О, как это было бы здорово! Как бы я тебя отблагодарил! Ведь эти курды — мои отец и брат.

— Как тебя зовут?

— Дохуб. Моя мать — курдка из племени дохубов.

— Должен тебе сказать, что я нездешний и не знаю, как организовать побег. Но твоего бея рекомендовали мне с хорошей стороны, к тебе я тоже чувствую расположение. Я уже утром разведаю, что можно предпринять в данном случае.

За этим заверением скрывалась, должен признать, маленькая личная выгода. Дело в том, что нам могла потребоваться поддержка гумринского бея, ею же мы могли заручиться скорее всего, защитив его людей.

— Значит, ты считаешь, я должен идти к мутеселлиму?

— Да. Иди к нему и попытай еще раз счастья с помощью переговоров. Я уже провел кое-какую работу, так что, возможно, твоих родственников отпустят добровольно.

— Господин, ты в самом деле сделал это?

— Да.

— Как же ты это совершил?

— Если мы начнем об этом говорить, это заведет нас слишком далеко, но я тебе все же запишу несколько слов, которые пригодятся тебе, если ты последуешь моему совету.

— Что за совет?

— Не говори о репрессиях. Скажи ему, что если он уже сегодня не освободит пленников, то ты тотчас же поскачешь к мутасаррыфу и скажешь ему, что курды-бервари восстали. При этом вскользь упомяни, что ты поедешь через земли езидов и поговоришь с их военачальником Али-беем.

— Господин, это крайне рискованно!

— Тем не менее сделай это. Я тебе настоятельно советую, поверь — у меня есть основания. Должно быть, он держит своих пленников в заключении большей частью для того, чтобы выжать из них деньги, которые ему нужны. Теперь эта причина отпадает, ведь мы сделали ему значительный подарок в виде пиастров.

— Тогда я к нему иду!