Господин Фицек
- Автор: Гидаш Антал
- Серия: Господин Фицек #1
- Год: 1973
- Язык: русский
- Год: Художественная литература
- Переводчик: Агнесса Кун
- Жанр: Классическая проза
Электронная книга - «Господин Фицек». Краткое содержание книги:
«Не слушай соблазнителя!» Г-н Поша был поэтом и поэтому выражался столь поэтически: «соблазнитель». Однако агентов, которые препровождали без паспортов до самого Гамбурга бегущее из Венгрии крестьянство «самой красивой страны», судьи именовали просто «эмиграционными гиенами».
Какие изумительные стихи учили шести- и семилетние ребятишки, чтобы приобрести на всю жизнь благородное мировоззрение, а главное, правильный взгляд на общество! Ведь в конце концов малыши вырастут и из стен школы выйдут в «жизнь»: или на завод, или на барские поля. Поэтому стихотворение гремело с пророческой силой:
Да, днем и ночью. И часы при этом не требуют повышения заработной платы и не бастуют. Их только заводят раз в день и потом вешают на стену. Рабочего, к сожалению, не заведешь и не повесишь… то есть, прошу прощения, с тех пор уже выяснилось, что его тоже можно повесить, но если его повесишь, так он уже не идет и, главное, не стучит днем и ночью. Черт бы взял этого рабочего, насколько он менее совершенный механизм, чем часы! Рабочий не стучит днем и ночью. Ночью он хочет спать, и даже восемь часов… целых восемь часов! Представьте себе, господа, что было бы, если бы часы тоже взбесились и начали требовать восьмичасового рабочего дня, восьмичасового сна и восьми часов на развлечение, словом, известных трех восьмерок! Ужас!.. Счастье, что часы не требуют ничего такого. Так что — «Щенок, бери пример с часов!»
Или возьмем такую песню:
Вот это хорошая песня! И главное, до чего было трогательно, когда в гимнастическом зале шестьсот — семьсот детей во время экзаменов пели: «Уже редеет вражий стан, нас битва увенчает славой». Как шестьсот молодых бандитов, стоял отряд ребят перед господами учителями. Они готовились к жизни, в которую выйдут из святых школьных стен. К жизни… или к бойне?
И еще песня. О королеве, о святой Елизавете, супруге Франца-Иосифа, о жене седого государя, которую заколол у Женевского озера Лючени и этим поверг в траур семь стран. И теперь, через двадцать лет после ее трагической смерти, все еще рыдают по ней окраинные ребятишки:
«Кроткая, смиренная голубка»! На нее несколько раз в год находили приступы, и тогда ей было все равно кто, лишь бы только он был мужчиной.
Дочь безумного Людвига, короля Баварии! Единственной печалью ее было то, что мужское население Австро-Венгрии состояло всего только из двадцати пяти миллионов, что половину этого составляли дети и старцы и что остаток — пятнадцать миллионов мужчин, владеющих мужской силой, — не может она одна, сиятельная королева, соблазнить для удовлетворения своего бездонного желания.
Бедная добродетельная государыня, мать венгерского народа!.. Хотя выражение это не точно, поскольку она хотела быть скорее женой всех мужчин венгерского народа, и не только венгерского, но и всего народа, проживающего на территории монархии.
Ты, добродетельная королева, которая любила традиции и засматривалась на мужчин или, лучше сказать — как мы пели в песне, — «на новые стены», ты, хранительница традиций, перед которой, вероятно, вставала примером твоя габсбургская прародительница Мария-Терезия, родившая шестнадцать детей, за что господь бог удостоил ее чуда: ибо через два года после смерти своего мужа она родила семнадцатого ребенка от… своего мертвого супруга, и ребенок — вследствие божьего чуда — стал законным.
Обо всем этом, конечно, не знали ребята, когда в летний полдень на уроке пения они печально распевали о том, что «лишь нет голубки, кроткой и смиренной».
А эта песня: