Сталин. Биография в документах (1878 – март 1917). Часть I: 1878 – лето 1907 года
- Автор: Эдельман Ольга Валериановна
- Год: 2021
- Язык: русский
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Сталин. Биография в документах (1878 – март 1917). Часть I: 1878 – лето 1907 года». Краткое содержание книги:
Всего в Баку было тогда занято, по приблизительному подсчету, около 50 тысяч рабочих. Из них большая часть принадлежала к разнообразным и разноязычным мусульманским племенам, объединяемым под общим именем татар. Меньшая часть состояла из армян, русских и грузин. Квалифицированных рабочих татар было очень мало. Огромное большинство татар представляло чернорабочих. Квалифицированные рабочие и конторские служащие вербовались из армян, русских и грузин[616], а среди высшей администрации были и приезжие иностранцы, так как огромные площади разрабатывались заграничным капиталом […]
Первоначальные собственники земли, татарские беки, играли подчиненную роль в промышленной жизни района. Однако, и среди них можно было назвать таких крупных капиталистов, как Тагиев, крупнейший домовладелец и банкир в Баку, а кроме того, владелец большой текстильной фабрики, и нефтяник Муса Тагиев.
Беки (т. е. татары-помещики) сохранили, однако, от прежних времен влияние на соплеменную бедноту и использовали ее в борьбе с армянскими капиталистами.
Заработная плата рабочих была не очень низка. Чернорабочие зарабатывали по рублю с лишним в день, а более квалифицированные рабочие в два или три раза больше за девятичасовой рабочий день [617].
Сухов А. Три месяца моей работы в Шендриковской группе (Баку, июнь-август 1905 г.) /предисл. и примеч. А.Стопани //Пролетарская революция. 1925. № 10 (45). С. 101-113.
№ 3
А. Енукидзе:
Нефтяной запах, черная копоть, пропитанная нефтью земля, черные, закопченные сооружения, черные люди, своеобразный шум и лязг буровых и тартальных машин, шум выливаемой из желонок нефти и неравномерная работа промысловых паровых машин создавали определенную обстановку энергии и бодрой, непрерывной работы.
Всякий партийный работник нелегального периода, попавший в Баку из крупных промышленных центров России, чувствовал себя, как рыба в воде.
Все условия бакинской жизни, как то: разноплеменный состав населения, размещение жилищ рабочих среди промыслов, азиатский характер города, с кривыми узкими улицами, – все это создавало великолепные условия для подпольной революционной работы. Ни в одном крупном центре России не было такой продолжительности работы нелегальных товарищей, как в Баку. Наряду с интенсивной партийной работой, существовала все время широкая связь с рабочими массами. Кроме того, наша партия имела в Баку крупнейшее нелегальное учреждение в виде большой типографии Центрального Комитета партии, которая по своим размерам и оборудованию не имела равной во всей истории революционных партий не только в России, но и Запада.
Енукидзе А. К двадцатипятилетию Бакинской организации // Двадцать пять лет Бакинской организации большевиков. С. 8.
№ 4
К. Захарова-Цедербаум[618]:
В Баку я приехала в дождливый холодный день; несмотря на это, мне сразу бросилось в глаза оживление, несвойственное великорусским городам. На улицах рядом с элегантно одетой публикой встречались татары с окрашенными в красный цвет бородами и руками, в коротких кафтанах, опоясанных длинными шарфами, которые образовывали вокруг туловища целый жгут; татарки в чадрах, с мережкой для глаз, в широких шароварах и в туфлях без задков, шлепающих по тротуару, несущие своих ребят наподобие того, как изображают на иконах деву Марию с ее младенцем; колоритные армянки с выбивающимися из-под шапочки локонами и с завязанным ртом в знак покорности; темнолицые армяне в фесках.
Захарова-Цедербаум К. В годы реакции / предисл. и примеч. А. Стопани // Каторга и ссылка. 1929. № 11 (60). С. 76.
№ 5
В.Бобровский:
Было бы неправильным объяснить то растяпство, которое проявляли в Баку охранные власти, тем, что Баку был далекой окраиной. Тифлис лежит еще дальше от центра, а, между тем, политическая охрана и сыск там действовали в те времена вовсю, и слежка за нашим братом в Тифлисе была отчаянная.
Не в том дело. Баку был крупнейшим торгово-промышленным центром, куда, главным образом на нефтяные промысла, тянулся не только поток квалифицированных пролетариев из центральных губерний России, но и не меньший поток малокультурных рабочих из Персии и других восточных стран. Урегулировать все это по-своему и наружной полиции, и жандармам было крайне трудно, и они, казалось, как-то не приспособились в описываемый момент к своеобразию этого крупного колониального центра царской России, к этому благословенному для нелегального работника городу. Полиция почти все свое внимание уделяла разбоям и грабежам, процветавшим в Баку, и в городе не без основания утверждали, что она, начиная с высших чинов, не столько ловила грабителей и разбойников, сколько делила с ними добычу. А бакинская жандармерия, быть может, тоже причастная к этому прибыльному занятию, свое главное политическое внимание почему-то уделяла дрошакистам – этой националистической партии армянской буржуазии, имевшей свои корни и в Турции. Партия располагала вооруженными отрядами четников, и излавливать последних бакинская жандармерия считала одной из главных своих задач.