В стороне от фарватера. Вымпел над клотиком
- Автор: Реутов Алексей Ильич
- Год: 1973
- Язык: русский
- Год: Мурманское книжное издательство
- Жанр: Советская классическая проза
Электронная книга - «В стороне от фарватера. Вымпел над клотиком». Краткое содержание книги:
Работу завершил мурманский писатель Станислав Панкратов. Повести поочередно выходили в Мурманском книжном издательстве. Затем, в 1970 году, повести выходят одной, общей, книгой в переработке С. Панкратова. Книга эта была встречена с интересом и молодыми читателями, теми, кто не встречался с Реутовым-писателем и с Реутовым-капитаном, и читателями старшего поколения, в том числе теми, кто хорошо знал автора. 50-тысячный тираж разошелся быстро. Книга Алексея Ильича рассказывает о моряках торгового флота и о тех проблемах, которые пришлось решать людям его поколения на фарватере строительства коммунистического общества. Проблемы эти, частично, уже решены. Но ценность повестей капитана Реутова еще и в том, что он страстно и убедительно обращается к уму читателя, заставляя думать, заставляя видеть вокруг себя все, что еще мешает нашему движению вперед. По этой причине и в ответ на многочисленные просьбы читателей выходит новое издание повестей капитана Алексея Ильича Реутова.
Нет, Знаменского никто не смог бы убедить, что Сомов — безусловно честный и самоотверженный труженик — может быть принципиально-грубым и хамски-безапелляционным с подчиненными. Нет, — уверял себя Николай Степанович, — что-то тут не так, что-то я упустил, чего-то недопонял и поспешил с выводами… Это неожиданное смятение заставило Николая Степановича опять серьезно задуматься. Он старался разобраться, почему его так уж поразила капитанская работа в море…
А что он знал о капитанах до своего прихода на «Оку»? Что капитан — главный человек на судне? Что капитан носит четыре нашивки? И — капитан, капитан, улыбнися, ведь улыбка — это флаг корабля?.. Немного…
Конечно, перед отъездом на «Оку» нужно было не только пройти инструктаж в парткоме. Нужно было найти время поговорить с настоящими моряками, хотя бы в общих чертах уяснить для себя соотношение сил, специальностей, загруженность каждого моряка в экипаже. Все это не помешало бы. На «Оке» то и дело у Николая Степановича происходят мелкие недоразумения: нужно срочно выпустить газету, третий механик прилично рисует, идешь к нему за помощью, а он в это время стоит вахту. Оказывается, сутки строго распределены по вахтам и с газетой нужно повременить или приходить раньше. Пустяк, а мог бы и знать.
Впрочем, ничего удивительного. Николай Степанович до назначения на «Оку» к морю не имел никакого отношения, и круг его знакомств замыкался на сугубо береговых людях. Морских романов он специально не читал — так, если случайно что попадалось. Когда-то зачитывался «Порт-Артуром», но к современному торговому флоту книга эта имеет, э-э, косвенное отношение. Кино тоже скупо освещает жизнь моряков…
Если бы Николая Степановича спросили до назначения на «Оку», что такое капитан судна, он, наверное, попытался бы отделаться шуткой:
— Капитан? Посмотрите картину «Дети капитана Гранта», там есть капитан и его дети… Или — «Пятнадцатилетний капитан» — тоже про капитана.
Многие читатели и зрители на берегу, как и Николай Степанович, думают, что капитан на судне нужен только в редких условиях страшной опасности, когда никто уже толком не знает, как избежать катастрофы. Если опасность превышает волевые возможности капитана и крепость его корабля — капитан спасает экипаж, а сам торжественно тонет вместе с судном. Но в последнее время это, кажется, не обязательно. В промежутках между смертельными опасностями капитан предается безделью и придирается к команде. Вот что такое капитан, в общих чертах, конечно…
Так, или примерно так, ответил бы и Николай Степанович на вопрос о капитане, спроси его об этом кто-нибудь две недели назад. Разумеется, без малейшего желания нанести своим ответом какую бы то ни было обиду мореплавателям. Просто — из-за малой осведомленности, чтобы говорить обо всем этом серьезно. А что, как не юмор, помогает нам скрыть свою неосведомленность?..
Однако даже опыт двухнедельного плавания заставил Николая Степановича почувствовать глубокую неловкость перед моряками, о трудностях жизни которых он до того мог только догадываться. И чем обширней становился его собственный опыт, тем бо́льшим уважением проникался он к морякам «Оки» и ко всем прочим морякам тоже.
Последующий рейс из Прибалтики на два порта Бельгии мало отличался от предыдущего: снова туман, снова снегопад, Кильский канал и Северное море со знакомым запахом морского болота в Немецкой бухте. Сомов сутками пропадал на мостике и точно так же после первой бессонной ночи превратился в старца с почерневшим от усталости лицом. И так же переминался на мостике, поочередно отрывая ноги от палубы, давая отдохнуть мышцам.
С приходом в Гент, едва закончив обычные формальности, Александр Александрович уделил своей внешности десять минут, стоя выпил две чашки крепкого кофе и обратился к Знаменскому: